Это скорее рост безответственности.

Ну, хоть так... А то уж совсем бред получался... 

Насколько я знаю, там сейчас очень дорогой курорт и даже для среднего класса он уже будет не по зубам. Так что это элитный лыжный курорт. Со всех остальных лыжных курортов жителей России прогнали, вот они и рванули на Эльбрус. 

Так какие причины-то были? Религиозные? Не понятно... Цель так и остается не ясной... 

Т.е. агенты Алиева действуют в Берлине? 

Чиновники не выполняют свои обещания, а тех, кто противостоит этому просто давят... 

Получается, что те, кто тогда бастовал на площади правы, что чиновники просто откупятся от мобилизации беднейшими? 

Был такой случай в моей практике. Задержали мужика в дежурке. Он попросили полицию вызвать скорую. Полицейские поржали, а он возьми да помри в дежурной части. После расследования из полиции уволили несколько человек, а нескольким сломали карьеры. После этого сложилась практика в нашей дежурной части, в любом случае вызвать скорую - это как страховка. Лучше перебдеть чем недобдеть. 

Вы знаете, я сейчас как раз читаю книгу о великом русском филологе А.Ф.Лосеве, и нахожу там очень интересные замечания, касающиеся того, что язык победить, по сути, не возможно. Это иллюзия, что мы управляем языком, что-то там запрещая, что-то там разрешая. Ничего подобного. Языку плевать на наши потуги к величию и всесилию. Лукашенко со своей трасянкой быстро уйдет в прошлое и беларусский язык сложится как уникальное явление, а не как политический заказ. А все почему, потому что у развития языка есть свои закономерности развития и выживания. 

Первым и последним. Больше ни одному губеру не позволят иметь свои военные базы подготовки. Как только власть прошляпит этот момент, как тут же каждый губер обзаведется своей военной силой и сепаратизм резко возрастет. Кадыров держится на личной преданности. Другие декларируют эту личную преданность, но не более того. 

Если не набрасывать узду на чиновника, он превращается в монстра. Бюрократия провалившаяся в коррупцию - это жуткое явление. 

Конечно подобные законы есть не только в США и в других странах. Вопрос ведь в том насколько эти законы работают на решение реальной проблемы, а не решение политических задач. Когда я вижу высосанное из пальца иностранное влияние, я понимаю, что тем, кто принимал решение не интересовало иностранное влияние и они готовы даже пропустить мимо нужное им иностранное влияние, не смотря на всю его иностранность. Они сиюминутное путают с националным интересом. Вы же знаете с чего начались законы США по иностранному влиянию, с русских анархистов приехавших после 1-й русской революции в США и начавших там широкое рабочее движение против власти как таковой. В СССР в свое время тоже началась борьба с иностранным влиянием и тогда объявляли шпионами всех подряд. США победила анархистов, потом победила американских нацистов этим же законом. СССР тоже победило иностранное влияние через шпиономанию, но шпиономания тогда натворила много бед, и СССР сами же это признали еще при Джугашвили. Наша привычка к перебору в стремлении к искоренению играет с нами злую шутку. Нынешний перебор в борьбе с иностранным влиянием тоже на лицо. Надо бы остановится, но конспирологи требуют продолжения и атака теперь уже идет и на тех, кто не имеет иностранного влияния совсем, но является оппозицией. Мы в очередной раз выплескиваем с водой ребенка. 

Тут дело даже не в факте установления или не установления личности, тут вопрос в том, он посягал на работника полиции, как на представителя власти, или это была частная разборка, куда был в силу обстоятельств вовлечен человек из власти. Если это первое, то сейчас клановое будет решение, если это бытовое, то клановое может быть и не включено. 

Случайности помогают нам обнаружить закономерность. Если пропускать случайности, можно пропустить и норму. Но тогда ресурсная затрата на преодоление или или хотя бы купирования нормы резко возрастет. Случайность дает сигналы, слышащий, а услышит. 

Но судя по складывающейся на Кавказе практике насилие и убийство ради чести становится хорошим обходным маневром и суды это принимают, не оправдывают, но принимают как условие наличия права на крайние формы насилия.