беженцы из Грузии - политические или экономические?

вчера был на видеосвязи с Тбилиси. там в "Кавказском доме" показывали снятое нами в прошлом году нескромное видео обо мне - "Владикавказ - Тбилиси". его снимали для gogroupmedia. не только его, но и этот среди других. ну а потом я отвечал на вопросы собравшихся. видео многих задело, по доброму, задавали вопросы, интересовались о судьбе и тд, нормальный в общем такой разговор получился, безконфликтный. в один момент присутствовашие в зале переключились с вопросов ко мне на разговор друг с другом. слышно было плохо, но как я понял, какая-то девушка говорила о том, что в то время из Грузии уезжали все национальности, не только осетины, и нельзя говорить что осетины были изгнаны, потому что это была общая экономическая миграция, в которой участвовали и грузины. потом кто-то задал мне вопрос и тема снова переключилась.

я и раньше слышал это мнение, вроде как осетины преувеличивают свои беды. в принципе, наверно какой-то процент осетин действительно можно отнести к "экономическим беженцам", то есть которые бежали не от угрозы жизни, а от нищеты. вот моей семье никто персонально не угрожал. грузинский заставляли учить, да, друзья родителей отворачивались, на работе какие-то стычки были и тд, но так чтобы угрожали, нет. а голодуху я запомнил гораздо ярче. и что, не в счет значит?

вообще если вспоминать... на школьные весенние каникулы 91 года я поехал с мамой во Владикавказ. в Орджо, тогда так говорили. до этого я никогда не ездил в Осетию на эти короткие каникулы, исключительно на летние, а тут мы вдруг поехали в Орджо к бабушке. прошло пару недель и когда наступило время ехать обратно, мамин брат просто не отпустил меня обратно. мама особо и не спорила. мне сказали, что там опасно, и что я здесь иду в новую школу. так в минуту весь мой детский мир остался где-то далеко. я еще долго вспоминал в деталях свою детскую комнату, все фотографии на стенах, пластинки, каждую царапину на обоях, даже предметы в ящиках стола, я мог часами этим заниматься, перебирая все в голове. ну и друзья...

правда, через несколько месяцев, тем летом, я ненадолго еще приехал в Тбилиси, но квартира уже не имела ничего общего с тем моим миром. не в силах поменять квартиру, родители просто погрузили все, что там было в контейнер и отправили во Владик. это была абсолютно пустая, совсем голая квартира, которую я не узнавал. только в бывшей родительской спальне у окна стояли две раскладушки, разделенные высокой стопкой "Иностранной литературы", накопленных за несколько лет подписки. чертовски грустно все это вспоминать сейчас. 

вскоре я уже уехал насовсем. квартиру удалось в итоге поменять, из Владика решила уехать какая-то грузинская семья, наверно одна из немногих, кто на это решился тогда. не знаю точно что ими тогда двигало, но мне эту семью жаль еще больше, чем свою. прошло совсем немного времени и их отец, не справившись с трудностями новой жизни, повесился в той самой квартире, где я вырос и где до сих пор живет мое детство. может быть поэтому я не стал стучаться в дверь, когда стоял там, перед ней. что бы я увидел? каких людей бы застал и что сказал бы им? не смог, в общем... решил не ломать тот светлый образ.

вообще, признаюсь, это было очень тяжело, вернуться туда через двадцать лет. когда я стоял там и смотрел на свои окна, у меня без шуток крыша поехала. я начал вспоминать людей, которых уже нет рядом, начал слышать их голоса, так четко, что стало не по себе. хорошо, что рядом был Зура с камерой и надо было держать себя в руках. 

что-то я неожиданно как-то увлекся воспоминаниями. даже забыл о чем в начале вел речь. ну в принципе я согласен быть "экономическим беженцем" из остальных ста тысяч, бежавших в то время. может даже "экономической" можно назвать ту женщину из грузинского села, у которой неформалы зарубили отца топором, за то, что отнимали у него машину. ну что, машину требовали, экономическая версия, бытовая. к черту, нет сейчас желания никого переубеждать.

АЦ