Кавказ в русской живописи XIX века. Портреты Шамиля

Шамиль стал одной из тех фигур, к которым у русских художников Василия Тимма, Евгения Лансере, Франца Рубо и других, писавших Кавказ, проявлялся устойчивый интерес. Это вполне понятно – Шамиль трагический и очень сложный персонаж, сам по себе не только олицетворение целой эпохи, но и личность, вызывающая самый разный спектр оценок – от восхищения до осуждения; то он – агрессивный варвар, а то – коварный английский шпион.

Приведу выдержки из книги Владимира Дегоева, посвященной целиком знаменитому имаму - « Имам Шамиль: пророк, властитель, воин».

«…создание института военно-теократической, авторитарной власти было для Шамиля и целью, и средством. … В отличие от (своих предшественников –НН) Шамиль поднялся намного выше, приняв дерзкое решение о строительстве собственного государства – имамата- с классической структурой восточной деспотии, беспрецедентным территориальным охватом и небывалой по силе армией. Шамиль замыслил создать «ханство» всеобщего исламского порядка и благоденствия…

Имамат и реформы не пережили своего творца. Венец и смысл жизни Шамиля – они были неотделимы от этого незаурядного героя. Он остался без преемников не только потому, что дело мюридизма утратило свою привлекательность и перспективу, но и потому, что личности такого масштаба не нашлось равноценной замены.

Еще до завершения гунибской драмы (1859 год – капитуляция Шамиля), горские общины самопроизвольно вернулись в свое «дореформенное», патриархальное состояние. Шамиль потерпел не только военное поражение от России, но и поражение от своих соотечественников, отказавшихся жертвовать своим естественным укладом жизни ради торжества шариата и газавата. «Старое», как выяснилось, не исчерпало свои потенциальные возможности, поэтому его реставрация прошла легко и быстро.

Жизнь победила Революцию. И тем достойнее восхищения «блестящая неудача Шамиля», который осмелился пойти против законов «воли» и «законов» Истории».