«Как член партии члену партии». Юмореска

Арсен стоял перед генералом по стойке смирно, понуро опустив голову, невольно рассматривая начищенные до блеска носки своих хромовых сапог…

– Ну, что скажешь, курсант? – раздался грубоватый, с хрипотцой голос генерала.

Арсен, не смея смотреть в глаза генералу, тихо пробурчал:

– Никто мне не помогал, никого я не благодарил… Я сам поступил в училище, без чей-либо помощи…

Генерал, развалившись в кресле, перелистывал листы личного дела курсанта Амдиевгирова, внимательно изучая графу, где были отмечены близкие родственники курсанта. Наслюнявив палец, перевернул лист и, дочитав до конца, закрыл личное дело и посмотрел на курсанта. Среднего роста, подтянутый, Амдиевгиров вызывал уважение у командования и преподавательского состава училища. Учился он почти на «отлично», служил без замечаний и нареканий… Всё хорошо, если бы не одно «но»...

Дело в том, что «правая рука» генерала – майор Сергеев, которому тот доверял все щепетильные вопросы, доложил, что после мониторинга ситуации с поступившими на первый курс училища курсантами он так и не выявил, кого отблагодарил Амдиевгиров за поступление в училище. Это стало для генерала громом среди ясного неба, он сильно занервничал, подозревая чуть ли не каждого преподавателя и офицера училища в том, что, минуя руководство, помогли Амдиевгирову поступить, взяв магарыч себе…

– Курсант Амдиевгиров, я вижу, из какой порядочной семьи ты: мама работает в партийных органах, отец – заслуженный строитель, брат работает в комсомоле, младшая сестра – студентка юридического факультета, сам ты член партии… Ты и такие как ты – будущее нашей страны… Сынок, скажи мне как член партии члену партии, кому и сколько ты заплатил за поступление в училище? – грузный генерал откинулся в кресле и смотрел в упор на курсанта.

Голос генерала стал мягким, чуть слащавым, со стороны можно было подумать, что любящий отец обращается к родному сыну…

Амдиевгиров поднял голову и посмотрел на генерала. Солнечные лучи, пробиваясь через шторы на оконной раме, отсвечивались в стёклах роговых очков генерала, вследствие чего глаз его не было видно. На погонах блестели крупные генеральские звёзды…

– Никто мне не помогал, никого я не благодарил… Я сам поступил в училище, без чей-либо помощи… – медленно, не поднимая головы, повторил Амдиевгиров.

Генерал, несмотря на свою крупную комплекцию, чуть не подпрыгнул в кресле и закричал:

– Так не бывает, так не может быть!

Но резко осёкся и дал команду курсанту:

– Кругом! Ша-го-о-ом, марш! Ты не искренний человек! Вон из кабинета! Пять нарядов вне очереди, доложи начальнику курса!

Амдиевгиров повернулся через левое плечо и выскочил из кабинета…

Немного отдышавшись в тени тутового дерева, курсант пошёл искать начальника курса, чтобы доложить о наказании, которое он получил от начальника училища…

Выслушав Амдиевгирова, начальник курса, подполковник Бердяев, от которого постоянно пахло спиртным и «тройным» одеколоном, поинтересовался, с чего это вдруг добросовестный курсант получил наказание от самого генерала…

Амдиевгиров, ничего не тая, пересказал подполковнику разговор с генералом. Бердяев, внимательно выслушал курсанта, некоторое время думал и сказал:

– Амдиевгиров, ты знаешь, что я тебя уважаю, ты поддерживаешь необходимую статистику – за 6 месяцев учёбы ты ни разу не нарушил дисциплину, учишься на «отлично»… Насколько я знаю, ты – член партии?

Услышав утвердительный ответ, подполковник продолжил:

– Мы с тобой одни, никого нет… Скажи мне как член партии члену партии, кому и сколько ты заплатил?

Курсант опешил… Для него ничего чище и святее Коммунистической партии Советского Союза не было! Служа в Советской армии, он проявил себя с положительной стороны, и поэтому командование части ходатайствовало о его приёме в члены КПСС…

– Товарищ подполковник, никто мне не помогал, никого я не благодарил… Я сам поступил в училище, без чей-либо помощи…

Подполковник внимательно и недоверчиво посмотрел на курсанта, подумал, затянулся сигаретой, пуская дым кольцами к потолку кабинета, и произнёс:

– Вроде ты неплохой парень, но… ты понимаешь, что в истории училища такого не было, чтобы кто-то сам поступил сюда без протеже или же… – тут подполковник, подняв правую руку вверх, потёр друг о друга большой и указательный пальцы, намекая на деньги. – У меня ощущение, что ты не искренен в своих поступках… Хорошо, иди на кухню, помоги поварам чистить картошку… Да, не забудь, завтра экзамен, чтобы был готов…

Арсен, держа нож в правой руке, чистил картошку со взрослой, грузной поварихой – тётей Таней, как её называли курсанты…

– Ты чего, это сынок, вроде говорят, хорошо учишься, зачем получил наряды? – заохала повариха, обращаясь к курсанту.

Арсен пропустил вопрос женщины мимо ушей. Опустив голову, он механически чистил картошку одну за другой …

«Что ж это такое?! Почему они мне не верят? Я же не дурак, не тупой, почему я не могу своей головой сдать экзамены и поступить в училище? И почему они всё время ссылаются на партию?..» – возмущённо думал парень и не мог найти ответа на эти вопросы.

Пролетели года учёбы, приблизились выпускные экзамены. К тому времени Арсен успел убедиться, что все курсанты при поступлении дали «магарыч», или же поступили по звонку… Не раз к нему подкатывали курсанты и офицеры училища, чтобы узнать, как он поступил, но каждый раз слышали его однообразный ответ и уходили ни с чем… Он понимал, что всё это делается по поручению самого генерала…

«Красный» диплом Арсену, естественно, не дали, подогнали к «синему», но сам парень уже не переживал из-за этого…

(продолжение следует)