Мера пресечения для блатных и власть имущих

   Больше недели прошло со дня нашумевшего умыкания 19-летней девушки, жительницы ингушского селения Кантышево. Несостоявшегося жениха и его приятелей объявили в розыск, а спустя несколько дней, 20-летний житель республики предстал пред следственными органами и суд избрал в отношении него меру пресечения, содержание под стражей http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/301585/.

   Похищение невесты противоречит канонам Ислама и не допустимо ни при каких обстоятельствах, это и есть моя личная точка зрения. Традиции умыкания невест необходимо положить конец, дабы никому непозволительно ни прикасаться к чужой женщине, ни тем более принуждать ее к браку. А потому нет такой практике, оправдания. При этом я остаюсь сторонником адекватного совершенному деянию наказания.

   В уголовном процессе есть несколько видов мер пресечения и заключение под стражу является самой жесткой. До сих пор в практике применения мер пресечения были две основных: подписка о невыезде и заключение под стражу, но в последнее время получила широкое распространение еще одна – домашний арест, что конечно же должно было привести к гуманизации всей сферы применения уголовного законодательства.

   Только как всегда, применение более гуманных видов мер пресечения носит очень избирательный характер, в зависимости от степени «приближенности» возможного арестанта,  или «политизированности» ситуации.

   Молодой человек пытался создать семью, а оказался на скамье подсудимых и как следствие, пока что будет ожидать развития событий в изоляторе, а вот некоторым другим повезло гораздо больше.

   Несколько месяцев назад, на суд общественности появилась информация, о задержании министра строительства Ингушетии, обвиняемого в хищении 54 миллионов рублей при строительстве школы, а потом его взяли и отправили дожидаться суда домой http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/301499/, а ведь министр оказался по совместительству еще и свояком главы республики. И если говорить простым языком, то обвиняется он в краже бюджетных средств, выделенных для детей. И при всем при этом, у многих жителей республики есть сомнение, что это дело вообще дойдет до суда.

   История с несостоявшимся женихом, получила широкую огласку в СМИ и попала под контроль главы республики Евкурова, что конечно и стало причиной принятия довольно жестких мер в отношении жениха и его приятелей. Похищение невесты дело плохое, но судя по состоянию уголовных дел о похищении жителей Ингушетии, а таких с 2002 года у нас не одна сотня, в отличии от невест, молодых людей похищать более безнаказанно, так как ни один из похитителей так и не предстал перед судом, а самих похищенных не нашли до сих пор.

   Не меньший, а по сути гораздо больший, резонанс в обществе вызвало задержание в июле 2016 года 50-летнего Магомеда Далиева и его супруги 40-летней Марем Точиевой, которые были задержаны сотрудниками Сунженского РОВД, со слов потерпевшей были подвергнуты издевательствам и жестоким пыткам, участие в которых принимал лично начальник отдела Магомед Беков, а позже и сотрудники Центра противодействия экстремизму, во главе с его начальником Тимуром Хамхоевым. Итогом тех событий стала трагическая гибель Магомеда Далиева в стенах ЦПЭ в г. Назрань и причинение огромных физических и психологических страданий его вдове.

   Вмешательство, в том числе и в эту историю, сотрудников ФСБ России и главного управления собственной безопасности МВД России, привело сегодня к аресту шестерых силовиков, обвиненных в совершении нескольких тяжких преступлений. Но коль мы проводим аналогию с мерами пресечения различных людей, то вспомним еще кое о чем. Один из подозреваемых в причастности к совершению преступления в отношении Магомеда Далиева и его супруги Марем Точиевой, Магомед Беков, оказался всего лишь под домашним арестом, как в принципе и еще один фигурант этого дела. Заместитель начальника ЦПЭ Сергей Хандыгин, был оставлен под подпиской о невыезде, что не помешало ему скрыться от следствия. Как и полагается в этих случаях, следствие объявило его в розыск и вскоре его разыскали, после чего он был водворен в следственный изолятор. Но спустя некоторое время, вопреки закону и логике, Сергей Хандыгин был отправлен из СИЗО домой http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/301300/, а вот чем руководствовалось следствие и суд, проявляя к нему такое снисхождение, нам вряд ли станет известно.

   Так вот и получается, что желание создать семью, в глазах региональных властей, является «более опасным» для общества, чем хищение выделенных на благо детей бюджетных денег, пытки и гибель людей в застенках структур, призванных защищать покой и безопасность граждан. По моему даже не стоит напоминать о всем известных делах, таких как дело «Оборонсервиса», где похищены были миллиарды народных рублей, и за которые Васильева пробыла в колонии не больше месяца или деле гражданского активиста, Ильдара Дадина, который за участие в пикете, что является конституционным правом каждого гражданина нашей страны, был приговорен к трем годам колонии.

   Еще более возмутителен пример применения меры пресечения в виде домашнего ареста, в отношении убийцы предпринимателя Гурама Карданова в Кабардино-Балкарии http://caucasustimes.com/ru/kabardino-balkarija-domashnij-arest-za-zhestokoe-ubijstvo-2/. Вот такая получается гуманная мера пресечения для блатных и власть имущих.