Интервью Левона Тер-Петросяна русской службе Би-би-си

Первый президент Армении, лидер оппозиционного Армянского Национального Конгресса Левон Тер-Петросян дал интервью Русской службе ВВС. Посмотреть можно здесь

http://www.bbc.co.uk/russian/multimedia/2011/04/110415_v_terpetrosyan_int.shtml

Интересно, что интервью явно не полное - это видно из его начала, да и концовка на концовку не похожа. Попробую сегодня выяснить, так ли это.

Левон Тер-Петросян: В общем, Советский Союз уже кончился. Потом Беловежская пуща естественно, через день, я позвонил Бурбулису, сказал, что это за славянский круг вы создали? Ну, говорит, так надо было. Я говорю, что это закрытый клуб или возможно расширение. Ну, говорит, мы об этом еще не думали, но интересная идея. Если интересная, говорю, то передайте Борису Николаевичу, что Армения готова присоединиться к этим соглашениям. На следующий день позвонил мне Ельцин. Левон Акопович, вы там сказали Бурбулису, что вы готовы войти в этот союз. Ну, я говорю да, готов, но у меня есть одно условие. Говорит, какое условие? Говорю, чтобы все члены этого союза, этого СНГ, взаимно признали независимость друг друга. Ельцин сказал, о чем разговор? Хотите, я сегодня признаю независимость Армении? Я говорю, конечно, хочу. И я подумал это шутка. Сидим дома, включаем телевизор, там “Время” идет и первая информация: “Сегодня по заявлению Бориса Николаевича, Россия признала независимость Армении и Казахстана”, они добавили еще и Казахстан. И все, вот вся история о нашей независимости.

Вопрос: Вот за двадцать лет, которая прошла Армения, что вы можете сказать, каковы основные плюсы, положительные достижения независимости, и какие минусы, чего не удалось?

Левон Тер-Петросян: Измерений много. Смотря, из каких измерений выходить. Если вы хотите из экономического и социального измерения, конечно спад есть, это факт. Еще не одно государство, может кроме прибалтийских, не достигло по уровню жизни, того уровня жизни, которая была в 88-ом году. Не достигла, это факт. Но, не хлебом единым. Есть явления независимости, есть явления демократии, которые мы получили, есть явления свободы слова, есть стремление свободы совести, все это мы приобрели. То есть надо подойти с разных точек зрения этого вопроса, но я считаю, что в главном – это большой прогресс, и для бывших советских республик, и для всего мира. Нет империи, нет коммунизма, правильно, нет холодной войны. Конечно, здесь другой вопрос возникает. Сейчас я думаю, мир не более безопасен, чем во время холодной войны.

Вопрос: Тут я хочу спросить о Нагорном Карабахе. Вы когда начинали это движения за Карабах, вы хоть отдаленно представляли, к чему это может привести?

Левон Тер-Петросян: Нет, не представляли. Потому что мы, когда начинали в 88-ом году, ни у кого в мыслях не было, что Советский Союз распадется. Мы исходили с чего? Есть Советский Союз, есть советская конституция. В рамках советской конституции да нам было позволено поднять это вопрос: вывести Карабах из состава Азербайджана и включить в состав Армении. Такие прецеденты были, Каракалпакия несколько раз переходила несколько раз из Узбекистана в Казахстан и обратно, Крым и так далее. Такие прецеденты были. И вместо того, чтобы внимательно изучить эту проблему, советское руководство приняло совсем конфронтационную политику. И все более и более центр разжег этот конфликт. Они взяли, ввели войска, объявили чрезвычайное положение, комендантский час и так далее и так далее. И конечно после этого процесс радикализировалось.

Вопрос: Скажите, в какой момент стороны были наиболее близки к заключению по-настоящему полнокровного, полновесного мирного решения.

Левон Тер-Петросян: Я думаю, это был 97-ой год. В 97-ом году была возможность решить эту проблему. То есть передать какие-то территории Азербайджану, заключить перемирие, и так далее, создать промежуточный статус Нагорного Карабаха, потом решить вопрос окончательного статуса Карабаха.

Вопрос: Почему это не произошло?

Левон Тер-Петросян: Ну, потому что карабахцы немножко считали, что это мало, подход был максималистским, они думали, что можно еще дожать и получить больше. Да и не только карабахцы, и здесь, вокруг меня, в моей команде, были люди, которые были уверены, что это так. Они не пошли на этот план. Я тогда сказал, раз уж так вы думаете, что есть лучшее решение, пожалуйста, я же не могу сорвать это решение. Попробуйте, может быть получится.

Вопрос: Какой вам видится Армения еще через двадцать лет? Разные сценарии, предположим наихудший, открытое вооруженное противостояние с Азербайджаном или вариант стагнации.

Левон Тер-Петросян: Нет-нет, я оптимист. Я уверен, что будет лучше. У нас сейчас одна проблема, у нас искажена власть. Восстановить это, все станет на свое место, будет нормальная страна, свободная страна и вопросы с Азербайджаном решатся, и вопросы с Турцией решатся. То есть если, не знаю, Армения встанет перед катастрофической ситуацией, то вина будет наша. Только наша.