Инициатива АРИГИ о похоронном обряде. Продолжение темы..
Мой пост об инициативе ученых АРИГИ, касающейся упорядочения и регламентации похоронного обряда, вызвал бурное обсуждение в социальных сетях. Кто-то поспешил объявить о желании быть кремированным, кто-то вообще возмутился самим фактом такой инциативы. Вероятно, нужен еще один пост, чтобы прояснить все, что оказалось непонятым.
1. Инициативу АРИГИ я воспринимаю как приглашение к широкой общественной дискуссии, а не как догму и немедленное руководство к исполнению.
2. Когда я в блоге пишу о проблемах, связанных с похоронным обрядом, то получаю десятки историй от людей со всего Северного Кавказа о разорительных поминках, об искусственных слезах со стороны чужих людей, о том, например, как в пакеты с едой кладут сотовые телефоны. О том, как понимая, что близкий человек уходит, люди, готовясь к похоронам, спешат скорее сделать ремонт, чтобы не стыдно было перед соболезнующими. Или о том, как берутся огромные кредиты, чтобы поставить покойному пафосный памятник во весь рост из дорогого камня.
Чтобы не быть голословной, приведу цитаты из этих сообщений:
«Все это уже переходит в нескончаемую круговерть ненужных, бессмысленных, обременительных во всех смыслах действий, в ходе которых поддержка уже не поддержка, а какая-то гонка и бег с препятствиями, за которыми близкие умершего зачастую лишаются возможности обрести какое-то душевное спокойствие после перенесенного горя, не говоря уже о более дальних и чужих людях, которые будто находятся на каком-то полупраздничном марафоне».
«Я потеряла близких людей. И вот я, еще не поняв произошедшего, пытаюсь понять.. Но постоянно надо быть "по стойке смирно". Ой, вон аульские приехали, а вон кто-то из редких старших, а вон с работы пришли, и т.д. Заколка режет, платок падает. Умыться бы, скинуть надетое, облачиться в домашнее, выплакаться. Но нет, вон еще кто-то едет. Где платок?! Это примерно тоже самое, как требовать встречать гостей от обездвиженного инвалида. Тяжко и жестко».
«Я считаю, что в таком деле надо максимально стараться не травмировать душу человека, который хоронит близкого человека. Это очень неправдоподобно выжимать из себя слезы. Если ты неблизкий человек семье, правильнее будет просто пособолезновать. А раздача вещей для меня была очень болезненной...»
3. Разве раньше черкесы не собирали Хасэ, чтобы привести в соответствие с изменившейся жизнью какую-то норму? Эта та традиция совместного обсуждения и общественного договора, которая всегда отличала адыгов. Всем диванным знатокам родной культуры, скрывающим свои лица за аватарками, а имена за никами, но рьяно бросившимся в словесный виртуальный бой против предложения АРИГИ, рекомендую прочесть классическую книгу В.Х. Кажарова «Адыгская Хаса». Почему сейчас, когда АРИГИ предложил свою площадку для обсуждения, это вызвало у некоторых неприятие?
4. В письме АРИГИ многое вещи спорны. Например, никто не может заставить родственников покойного сделать какой-то стандартный памятник, если они этого не захотят. Никто не сможет заставить людей не сказать прощальную речь перед похоронами, если человек считает важным ее произнести. Есть и другие спорные вещи, но их можно обсуждать. В тоже время, в письме много разумного, к чему надо прислушаться и поддержать.
5. Меня покоробило, что некоторые назвали ученых «совковыми». Это благодаря именно этим ученым в 1920-е годы в Адыгее появились первые музей и первые музейные коллекции; были спасены многие уникальные артефакты традиционной культуры; записан и систематизирован нартский эпос; зафиксированы, спасены, открыты, исследованы уникальные памятники археологии; созданы первые академические словари; организованы фольклорные и этнографические экспедиции, не будь которых, мы вообще лишились бы многого в своей духовной истории.
Именно эти ученые в 1970-е во времена классического застоя, рискуя всем, привозили из командировок книги об адыгах на европейских языках. Именно они, работая в архивах в эпоху отсутствия ксерокса и интернета, переписывали от руки уникальные документы, чтобы сегодня вы могли их читать и обсуждать. Именно эти ученые в конце 1970-х боролись в Адыгее за обучение на родном языке в городских школах; а в конце 1980-х - за возвращение уляпских находок из музея Востока в Москве в Адыгею; за появление первого в Майкопе мусульманского кладбища; за статус Адыгеи как республики. Я сейчас пишу о широком общественном движении начала 1990-х гг. «Комитет 40», которое наполовину состояло из преподавателей и ученых.
Именно цитаты из книг этих ученых (или переводы из книг, которые они привезли) вы так любите выкладывать в своих аккаунтах. Поэтому не стоит бросаться резкими репликами. Как известно, ничто не рождается на пустом месте. И каждое новое поколение стоит на чьих-то плечах.
Тхагаледж, бог плодородия, одна из мощных эпических фигур, уходя в иной мир, оставляет нартам просо, три зернышка которого способны накормить весь народ. Он завещает нартам зорко хранить зернышки, иначе все люди погибнут. «Зерна символизируют ту самую национальную идею, которую мы потеряли, не сумев уберечь, как нарты не сумели уберечь просо. От того, взойдут ли семена Тхагаледжа, зависит наша новейшая история», - сказала как-то Нафсет Кушу. Давайте не будем судить тех, кто в меру своих сил и обстоятельств смог что-то сохранить. У нас не так много зерен…
