"Убийства чести" - адат, шариат или что-то еще?

Недавно одно из агентств попросило у меня комментарий по поводу практик, которые называются «убийства чести», т.е. когда мужчина (отец или брат) убивают  дочь  (сестру) из-за ее поведения, позорящего, по их мнению, честь семьи. В современных Дагестане и Чечне число таких убийств растет, об этом пишут и журналисты, и правозащитники, и специалисты по гендеру.

Что это – возрожденная форма адата, шариата  или  сконструированная практика, упакованная под традицию?

В поисках ответа на этот вопрос апеллировать к кавказоведческой этнографической литературе сложно, хотя литературы о семье, семейном быте народов Кавказа более, чем достаточно.  Это как раз та тема, которая никогда не была табуирована ни в советский, ни в постсоветский период.  Ученые предлагали нам идеальную модель с четкими семейными иерархиями, семейной взаимопомощью, где царили мудрые свекрови, мужья – добытчики, почтительные невестки, послушные дети и т.д.

 О таких сторонах семейной жизни, как чувственная, телесная любовь, измены (как мужские, так и женские), о внебрачных отношениях, о стратегиях в браках с нелюбимыми писать было не принято – об этом стеснялись говорить респонденты, об этом очень робко, вскользь и вполголоса упоминали этнографы. Сегодня не знаю никого из кавказоведов, кроме профессора М. Текуевой, кто бы  поставил такие вопросы как академические.

Следует сказать, что представление о чести семьи складывалось из многих составляющих. Дискурс «хорошей семьи» включал психическое здоровье членов семьи, их гостеприимство, чистоту дома и пищи, стабильные нескандальные отношения между поколениями, соблюдение семейных иерархий, доброжелательные отношения с соседями, включенность семьи во внутриобщинные взаимодействия (взаимопомощь, прежде всего). В этой системе и женское поведение, репутация девушек и женщин семьи имела значение. Причем к поведению незамужних девушек, замужних и вдов относились по-разному. К появлению постоянной внебрачной связи у вдов, как правило, относились снисходительно. «Никто из шапсугов не мог осудить вдову, пожелавшую провести ночь с холостым джигитом», - говорит герой книги М. Лохвицкого «Поиски богов».

Когда русские военные в период имперского освоения Кавказа и унификации норм права в 19 веке стали записывать адаты кавказских горцев, они классифицировали явления такого рода как "блуд", "бесчестие" и "прелюбодеяние". О том, как назывались эти явления на языках народов Кавказа, записанные на русском адаты умалчивают…

И, кстати, это  единственные проступки, за которые до введения имперского законодательства наказывали женщину.

Самое строгое наказание существовало в Дагестане – «за прелюбодеяние и разврат адат вменяет в обязанность ближайших родственников безнаказанно убивать виновных», - читаем в  статье А.В. Комарова «Адаты и судопроизводство по ним (народы Дагестана)» в «Сборнике сведений о кавказских горцах»  1868 года.  

Самое щадящее (щадящее условно) у черкесов  -  «женщина, не имеющая мужа и учинившая прелюбодеяние, … наказывается ста ударами», - сообщается в сборнике «Адаты черкесов бывшей Черноморской кордонной линии» 1845 года.  

Неверной жене у черкесов, у осетин  могли отрезать кончик носа и с распущенными волосами (или с отрезанной косой) с позором отправить ее (т.е. возвратить) в отцовский дом.

Но физические наказания, убийства неверной жены были редкостью, здесь адатная норма расходилась с практикой. И это подтверждают и полевые исследования современных  этнографов, и исторические источники. Например, Карл Кох, немецкий ученый, побывавший на Кавказе в 1830- х гг., писал о черкесах в своих «Путешествиях по России и в кавказские земли» «в большинстве случаев муж сам наказывает жену в кругу семьи и берет на себя вину за то, что он мало оказывал ей внимания». А Фредерик Дюбуа де Монпере, швейцарец, пишет о черкесах в те же самые годы, что  «довольно редко муж идет на крайности, т.е. на убийство виновника и калечение своей жены».

По-другому обходились с невестой, уличенной в нечестности. После свадьбы семья жениха отправляла ее домой, посадив на арбу спиной к лошади.

Судьба незамужней девушки, имевшей внебрачные отнощения, была самой незавидной. «Потеря невинности девушкою считалась не преступлением, а несчастьем», - заметил Н. Дубровин в своей книге "Черкесы (адыге)".  Молодого человека, «соблазнителя», обычно заставляли на ней жениться. Если же это не получалось, то ее обычно отправляли к родственникам в другой аул, как можно дальше и старались скорее пристроить замуж, выбирая в качестве мужа человека с минимальными матримониальными шансами - или пожилого вдовца, или аульского чудика. Репутация нечестной девушки влияла и на ее незамужних сестер. Им было труднее выйти замуж, и не каждый молодой человек решался бы  к ним посвататься без осуждения семьи.

Адаты предусматривали возмещение семье девушки ущерба за ее бесчестие – в виде компенсации деньгами (серебром), определенным количеством голов скота, ружьями, тканями.

  «У ичкерийцев виновный должен жениться на имевшей с ним связь женщине, но при этом должен до брака еще дать на руки ее родственникам гебенгак, следуемый при браке; если виновный не пожелает жениться, то гебенгак этот остается в пользу женщины. Если от связи этой есть ребенок, то таковой отдается виновному на по­печение», - говорится в «Сборник адатов жителей Нагорного округа 1864 года».  

У осетин «за прелюбодеяние с женщиной или девицей платится мужу или родителям 3 лошади и 3 ружья», - читаем в сборнике «Об адате и о нравах и обычаях племен, обитающих на северной покатости кавказ­ского хребта». 1847 года.  

Разумеется, это уже этнографические истории, отжившие свое, и вплоть до начала 1990-х гг. только социальное осуждение и переезд девушки подальше от того места, где знают ее историю, были единственными способами реакции семьи на внебрачные связи девушки. Физические наказания в виде избиения, тем более убийства отцом или братом, были редкостью.

Что касается наказания по шариату за прелюбодеяние, то в идеале его должен определить шариатский суд, а не семья девушки. Шариат квалифицирует прелюбодеяние для тех, кто не состоит в браке и для тех, кто имеет семью. Для первых устанавливается наказание в виде определенного количества ударов плетьми и выселением за пределы аула.   Само по себе лишение жизни другого человека ислам осуждает.

Убийства, которые называются «убийства чести», участившиеся на восточном Кавказе (неверно говорят об этом явлении как о типичном для всего Северного Кавказа) в последние годы надо рассматривать как "шариатизацию насилия", когда бытовое насилие маркируется как шариатская норма, и в таком качестве уже воспринимается  и теми, кто совершает это преступление, и обществом, в которое транслируется именно такая трактовка.