Обвиняемые по "ингушскому делу" отказались отвечать на вопросы суда

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Подсудимые по "ингушскому делу", за исключением Бараха Чемурзиева и Багаудина Хаутиева, отказались отвечать на вопросы суда, опасаясь, что ответы будут истолкованы против них.

"Кавказский узел" писал, что дело семи лидеров протеста в Ингушетии о создании экстремистского сообщества рассматривается судом на Ставрополье с ноября 2020 года. Обвиняемые находятся под арестом, срок которого продлен до 9 ноября. На заседании 14 сентября демонстрировалось видео, из которого следует, что подсудимые пытались успокоить участников митинга в Магасе, а силовики допускали провокационные действия. 30 сентября обвиняемые сообщили на суде, что активисты, которых следствие считает создателями экстремистского сообщества в Ингушетии, мало общались между собой и даже конфликтовали, а утверждения о финансировании этого сообщества ничем не подтверждены.

На судебном заседании по так называемому «ингушского делу» 5 октября был закончен начатый на прошлой неделе допрос Багаудина Хаутиева. В этот же день, как сообщил «Кавказскому узлу» адвокат Джабраил Куриев, давали показания Исмаил Нальгиев, Малсаг Ужахов и Зарифа Саутиева.

Он также сказал, что все подсудимые, за исключением Бараха Чемурзиева и Багаудина Хаутиева, дали только те показания, которые посчитали нужным дать, и заявили, что на вопросы следствия и суда они отвечать отказываются, руководствуясь статьей 47 УПК РФ. «Они заявили также, что на судебных заседаниях явно прослеживается обвинительный уклон, и не питая никаких особых иллюзий на справедливый настрой суда, подсудимые пришли к мнению, что их ответы на вопросы суда и следствия могут быть истолкованы против них. С первых дней, как начались судебные заседания, было понятно: у суда не было желания разобраться с этим явно сфабрикованным уголовным делом по справедливости. Если бы это уголовное дело разбиралось по закону, то все обвиняемые давно были уже дома, или они вообще не были задержаны», - пояснил Куриев причины отказа обвиняемых не отвечать на вопросы суда и следствия.

По словам адвоката, в своем выступлении Малсаг Ужахов сказал, что он никогда не занимался политикой, а политика пришла к нему сама, когда он уже был пенсионером. «Ушел на пенсию по собственному желанию. Написал заявление, что по состоянию здоровья ухожу. Никто мне не намекал, что, мол, пора уходить. Никто не заставлял писать заявление. Уходил по состоянию здоровья, думал, что, уйдя на заслуженный отдых, подлечусь, а потом займусь своим садом. Ни о какой политике я даже не думал. Если бы я собирался заниматься политикой, то, находясь на госслужбе, можно было использовать эту площадку чиновника в политической борьбе. Но у меня и в мыслях этого не было <...> Только кто же мог подумать, что в политику нас всех невольно втянуло это подписание соглашения о передаче земли, а отдых, как оказалось, такой вот длительный отдых - это нахождение вот уже два с половиной года в заключении», - сказал Ужахов. По его мнению, предъявленные обвинения ему и его товарищам - беспочвенны, бессмысленны и абсурдны.

Джабраил Куриев сказал, что за все годы работы адвокатом он впервые встречается с таким уголовным делом, когда на суде все свидетели обвинения дают показания только в пользу обвиняемых, не говоря уж о показаниях свидетелей защиты. «Ни одного факта, который бы прямо или косвенно говорил о противоправных действиях кого-либо из наших подзащитных во время митинга. Нельзя же признать противоправным действием замечание росгвардейца – свидетеля обвинения, что один из фигурантов этого уголовного дела, что-то кричал молодым парням на ингушском языке «Мне показалось, что, наверное, это был призыв к насилию», - предположил росгвардеец», - процитировал адвокат показания свидетеля.

«Имея свидетельские показания только со знаком минус – «не виновны» - что будет делать судья? Ясно, что судья находится под давлением, ему поставлена задача – никаких оправдательных приговоров. Этот обвинительный настрой чувствуется с первых судебных заседаний. Но что будет писать в обвинительном заключении судья, какие сказки будут рождаться из-под пера ессентукского служителя Фемиды, если доказательная база вины наших подзащитных равна нулю?» - задается вопросом адвокат.

Он также сказал, что на следующем заседании планируется допросить бывшего главу МВД Ингушетии Дмитрия Кава и заместителя начальника Главного управления МВД по СКФО Сергея Зубова. «Прибытие Зубова мы ставим под вопросом, а вот Дмитрий Кава обещал приехать. На этом допросы свидетелей будут закончены, и мы приступим к прениям», - сказал Куриев.

По словам одного из организаторов группы поддержки Багаудина Мякиева, с первого дня, как начались судебные заседания, из Ингушетии практически регулярно в Ессентуки приезжают те, кто старается своим присутствием поддержать товарищей. «Нам не всегда удается попасть в зал заседаний во время перерыва. Первыми, как правило, туда идут родные и те, кто приезжает из других городов и даже из ближнего зарубежья – Казахстана, Киргизии. Но даже если в какие-то дни нам не удается увидеть нашу «семерку лидеров», они все равно знают, что мы здесь, рядом, мы всегда с ними», - рассказал он корреспонденту "Кавказского узла".

По его словам, когда погода испортилась, в Ессентуки стали приезжать "только пять или десять человек". "Ровно столько помещается в одну или две машины. Можно непогоду переждать в салоне машины. Во время перерыва, если удается, то заходим в зал заседаний. Если не получается, то все новости узнаем от адвокатов, тут же звоним домой и сообщаем, как обстоят дела здесь. В первую очередь всех волнует состояние здоровья Малсага Ужахова, Ахмеда Барахоева и Зарифы Саутиевой. Хотя родственники Зарифы чаще других приезжают в СИЗО, привозят лекарства и передачки», - рассказал Мякиев.

Сестра Зарифы Саутиевой Румина рассказала корреспонденту "Кавказского узла", что она и члены ее семьи чаще других приезжают в Ставропольский край. «Дело в том, что в одной камере с Зарифой сидит осужденная молодая женщина с малышкой. К ним редко кто приходит, и мы для ребенка привозим те продукты и фрукты, которые обычным заключенным передавать не положено. Маму этой малышки арестовали и осудили, когда она была беременной. Девочка родилась в тюрьме. Ее хотели забрать и отправить в Дом ребенка, но молодая мама добилась, чтобы девочка осталась с ней. И так получилось, что Зарифу перевели в эту камеру, и эта малышка <...> скрашивает тяжелое тюремное заточение моей сестры», - рассказала Румина.

Она сказала, что Зарифе провели медицинское обследование, но не все узкие специалисты сделали свои назначения. «Конечно, в условиях тюремного заключения трудно лечить человека. Думаю, если бы она была дома, то эти хвори, которые сейчас у моей сестры появились, в домашних условиях мы бы все вылечили быстро», - считает Румина.

По словам Румины, в камере Зарифы есть все необходимое: холодильник, стиральная машина, утюг. «Даже постелили палас, потому что [девочка], хоть и потихоньку, начинает ходить, но когда устает, начинает ползать – по словам Зарифы, это у нее лучше получается. Я заметила, что с тех пор, как Зарифу перевели в эту камеру, у нее появилась возможность за кем-то ухаживать, помогать. Зарифе это необходимо, она привыкла так жить, чтобы быть кому-то нужной. Она у нас по натуре такая – всегда находит тех, кто нуждается в ее помощи. И даже в тюрьме ее, видно, совсем не случайно перевели в эту камеру, где молодая мама с девочкой», - сказала сестра Саутиевой.

«Завтра поедем в Ессентуки, передадим и передачку, и постараемся увидеть Зарифу <...> Когда ее задержали, мы думали, ну, день-два, разберутся что к чему – и отпустят. А уже прошло два с половиной года. Какие мучительно долгие эти годы. Особенно для тех, кто не на свободе. Но никогда ни я, ни мои родные не видели, чтобы Зарифа, увидев нас, была грустной. Еще и нас утешает, что все будет хорошо. И мы верим, что скоро кончится этот кошмар и все вернутся домой», - не теряет надежды Румина.

Информация о задержаниях противников соглашения о границе с Чечней собрана в хронике "Кавказского узла" "Протесты в Ингушетии: хроника передела границы с Чечней", а новости о преследовании активистов в регионах юга России и Южного Кавказа - на тематической странице "Преследование активистов".