Дело "шариатских патрулей" возникло на фоне конфликта светских и религиозных норм на Кавказе

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Верующие на Кавказе нередко стремятся навязывать религиозные нормы, указал исламовед Руслан Курбанов в связи с делом о "шариатских патрулях" в Анзорее. Обвиняемые могли стать жертвами двойных стандартов следователей, но родные задержанных за правовой помощью не обращались, указали правозащитники Олег Орлов и Валерий Хатажуков.

Как писал "Кавказский узел", в конце октября суд постановил заключить под стражу жителей Лескенского района 24-43 лет, которые, по версии полиции, являлись членами экстремистского сообщества и применяли силу к тем, кто не разделяет их взгляды. Организатором сообщества правоохранители считают одного из арестованных, 33-летнего местного жителя. Ему грозит до 10 лет заключения, а другим подозреваемым - до шести. 18 декабря Нальчикский горсуд продлил всем срок ареста до 26 марта 2021 года. При этом защита назвала дело надуманным, а родственники обвиняемых заявили "Кавказскому узлу", что ничего не знают о шариатских патрулях в Анзорее.

Верующие на Кавказе нередко стремятся навязывать религиозные нормы

На Кавказе действительно встречаются случаи давления со стороны религиозных групп, которые стремятся контролировать поведение людей, указал журналист и исламовед Руслан Курбанов. Он отметил, что это не специфически исламская проблема - такое случается и в православной среде.

"Светское государство не приемлет взятия на себя легализованных, узаконенных функций по применению насилия, принуждения кем бы то ни было, какой бы то ни было группой или силой, кроме самого государства. Это и есть концепция современного государства", - подчеркнул исламовед.

Стремление жить в соответствии с религиозными нормами и местными обычаями нередко вступает в противоречие с законом. "Например, имеет ли право отец применять силу по отношению к своим детям и родственникам младшего возраста? Имеет ли право аксакал в селе использовать свой авторитет, давление, угрозы для того, чтобы принудить молодежь к соблюдению тех или иных норм? Имеет ли право молодежь объединяться в группы для того, чтобы следить за моральным обликом своих сверстников или людей старшего возраста? К сожалению, очень часто на Кавказе, как мы видим в Дагестане, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, молодежь не замечает тонких границ, переходит их и тем самым нарушает закон явно или неявно", - заключил Курбанов.

Он призвал молодых верующих ориентироваться на существующий в исламе принцип "нет принуждения в религии". "Надо объединяться в группы для того, чтобы нести радость людям, нести праздник в их жизни, облегчать их жизнь, создавая благотворительные фонды, волонтерские движения, образовательные центры.Таким объединениям, таким инициативам и власть, и население будут только рады. Мы знаем много примеров, как на Кавказе бурно развиваются благотворительные движения, с каким радушием чиновники и власти готовы принимать подобные инициативы и поддерживать их. Только в этом я вижу выход из возникающих коллизий", - сказал Курбанов корреспонденту "Кавказского узла".

Член ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Олег Орлов сравнил идею шариатских патрулей с приданием силовых функций возрожденному в России казачеству. "Я не знаю деталей дела. Но в данном случае я не уверен, что имела место именно фабрикация. Мы столкнулись, вероятно, с тенденцией. И, на мой взгляд, такая тенденция опасна, недопустима - никакие исламские патрули, казачьи патрули. Я не понимаю, чем исламский патруль лучше казачьего патруля, когда назвавшие себя казаками люди с нагайками ходят и наводят тот порядок, который считают нужным", - сказал правозащитник корреспонденту "Кавказского узла".

Орлов указал на опасные тенденции внутри мусульманской общины Кабардино-Балкарии, вылившиеся, по его мнению, в трагические события 2005 года.

"Это история длинная, имеющая много разных ступеней своего развития, но в целом среди этого джамаата Кабардино-Балкарии действительно частично имелась тенденция к тому, чтобы, скажем, навязывать обществу некоторые стереотипы и нормы поведения, которые многими членами общества не разделялись. После террористической акции попытки навязать обществу какие-то нормы прекратились, и для Кабардино-Балкарии, в общем и целом, это в последние годы не особенно было характерно - скорее, такие вещи были характерны для Дагестана", - указал Олег Орлов.

Родные обвиняемых не обратились к правозащитникам

Орлов считает, что обвиняемые по делу о "шариатских патрулях" стали жертвами двойных стандартов. "Когда в одном случае начнут привлекать к уголовной ответственности, в другом случае лишь мягко пожурят. Двойные стандарты повсеместно применяются российскими властями, включая и правоохранительные органы", - посетовал член ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу).

В целом же, по словам Орлова, фабрикация дел об экстремизме - довольно частое явление. "Фабриковать дела, аналогичные тому, которое сейчас идет, в условиях российской правоприменительной практики, к сожалению, возможно. Хотя, по идее, должны быть свидетели конкретных действий, жертвы. Это сложнее фабриковать, чем просто собрание людей, которые что-то между собой обсуждали - тут люди начали действовать. Но, с другой стороны, если фабрикуют участие в незаконных вооруженных формированиях и даже в террористических актах, как мы знаем, почему и такое нельзя сфабриковать? Поэтому фабрикация может быть любая. Но в данном случае у меня нет оснований говорить именно о фабрикации", - повторился Орлов.

Родственники обвиняемых собирались обратиться к правозащитникам, но не сделали этого, отметил руководитель движения "За права человека в Кабардино-Балкарии" Валерий Хатажуков. "Один из родителей с нами связывался - мы все это обговаривали, они как бы должны были обратиться, но этого не произошло", - сказал он.

Хатажуков не исключил, что дело сфальсифицировано. "Могут и сфальсифицировать. Это мы все проходили, конечно. Таких примеров, таких фактов у нас очень много, когда фальсифицировались уголовные дела, когда создавали их абсолютно безосновательно", - отметил правозащитник.