Жители Тбилиси почтили память жертв советских репрессий

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Тбилиси около 20 человек приняли участие в акции памяти жертв репрессий у дома, где в советское время находился НКВД. Участниками траурной церемонии стали потомки репрессированных, которые рассказали о том, как их коснулась тема большого террора.

Вечером 30 июля у дома 22 по улице Ингороквы, в котором в советские годы располагался НКВД, прошла акция памяти. На собрании были зачитаны имена  участников антисоветского восстания, произошедшего с 28 августа по 5 сентября 1924 года под руководством Котэ Абхази, Валентина Джугели, Константина Андроникашвили и Какуцы Чолокашвили, рассказал корреспонденту "Кавказского узла" сотрудник НПО "Совлаб" Ираклий Хвадагиани.

По его словам, акция собрала около 20 человек, в основном, это люди в возрасте от 60 до 70 лет, которые являются детьми или внуками жертв репрессий. "День памяти мы постоянно отмечаем 30 июля, поскольку именно в этот день нарком внутренних дел... выпустил письмо о формировании суда так называемых "троек", что дало начало большому террору, когда людей расстреливали без суда и следствия", - пояснил Хвадагиани.

В Грузии нет должного внимания со стороны государства к теме репрессий, считает Хвадагиани. "Нет никаких дней памяти на государственном уровне, нет мероприятий, посвященных именно этой дате", - отметил он.

День памяти жертв репрессий не является в Грузии официальной датой, и отдать дань памяти люди приходят в частном порядке, пояснил "Кавказскому узлу" один из участников акции Ираклий Якобашвили, работающий директором архива парламента Грузии.

"Я и мои друзья из организации "Совлаб" приходим сюда уже третий год, чтобы почтить память погибших людей", - сказал он, добавив, что у грузинского народа жива память о советском периоде.

Участники акции отметили, что для них важно иметь возможность собираться и вспоминать о трагическом периоде истории. "Этот день обязательно нужен, чтобы те, кто потерял родственников, понимали - мы не одиноки, и жизни наших дедушек, бабушек не прошли бесследно", - сказала "Кавказскому узлу" участника акции Майя Абашидзе.

Абашидзе отметила, что непосредственно её предки не были репрессированы, но был расстрелян дядя её отца. "Из-за того, что я была из семьи "врага народа", я не могла устроиться на работу даже в 70-е годы", - рассказала она.

По ее словам, никто не понимал, за что был расстрелян её двоюродный дед. "Тогда погибло много Абашидзе - и крестьяне, и аристократы. К ним приходили ночью, ничего не говорили родным, забирали, и потом они оказывались или в ссылке, или в расстрельных списках", - добавила Майя Абашидзе.

Пенсионерка, участница акции Манана Тевзадзе рассказала, что её деда, который был председателем Тбилисской городской ячейки Социал-демократической партии, большевики расстреляли в 1924 году. "После оккупации Грузии в 1924 году ему предлагали уехать за границу, но он категорически отказался, сказав, что не покинет своих друзей, не предаст своего дела", - сказала она "Кавказскому узлу".

По словам Тевзадзе, после расстрела деда ее отец, которому было всего 10 лет, остался с матерью, а в 1942 году он, будучи врачом, просился на фронт, но его не призывали. "Тогда мать пошла с ним в военкомат и спросила, почему к её сыну такое отношение. Услышав ответ, что ему не доверяют, как сыну "врага народа", она швырнула чернильницу в военкома. В итоге Георгия Тевзадзе и его жену отправили на турецкую границу, откуда они вернулись в Тбилиси с боевыми медалями... Я выросла коммунисткой, и только в 1972 году отец рассказал мне историю семьи", - вспоминает она.

Другой участник встречи Леван Каландаришвили отметил, что его отец был военным медиком, которого с двумя коллегами обвинили в антисоветском заговоре, в результате двух коллег приговорили к 10 годам, а доктора Каландаришвили расстреляли как организатора.

"Один из его коллег попросился в штрафбат, но попал в плен и содержался в концлагере Майданек. Его освободили части Красной Армии. На счастье этого человека в части был Константин Симонов, он помог этому человеку выжить... А про отца мы узнали, что в 1956 году военно-полевой суд в Тбилиси оправдал его  за недостаточностью доказательств. Посмертно", - рассказал Леван Каландаришвили "Кавказскому узлу".

Грузия пострадала от большого террора наряду с другими республиками Советского Союза

Государство не уделяет должного внимания теме репрессий, считает директор Музея грузинской литературы Лаша Бакрадзе. "В итоге наше общество не отрефлексировало этот период в своей истории", - сказал он "Кавказскому узлу".

По его мнению, Грузия сегодня не использует тему репрессий в качестве пропаганды. "Упоминаний о репрессиях в массовых медиа крайне мало. Трудно припомнить какую-то телепередачу на эту тему за последнее время, и со стороны правительства никто не вспоминает о большом терроре", - отметил он.

Репрессии в Грузии проходили точно так же, как и по всему Советскому Союзу, указала Мария Шилова, которая работа над проектом "Москва. Топография террора" в обществе ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу).

"Если говорить о периоде большого террора, то точно так же, как и в других республиках, были разнарядки по количеству репрессированных. Эти директивы спускались сверху. Может быть, только в некоторых деталях - например, антиеврейская кампания, начавшаяся после Второй мировой войны, насколько можно судить, не так затронула Грузию, как Россию или Украину", - пояснила она "Кавказскому узлу".