Допрос главного свидетеля по делу Лилии Саидовой сорван

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Суд по делу уроженки Грозного Лилии Саидовой, обвиненной в финансировании терроризма, не смог допросить главного свидетеля обвинения из-за его болезни.

Как писал "Кавказский узел", 30 января Кассационный суд в Москве оставил в силе арест Лилии Саидовой, обвиняемой в финансировании терроризма из-за перевода денег брату в Турцию. Сотрудники спецслужб вынуждают Саидову дать признательные показания и оговорить незнакомого ей человека из Дагестана, заявили отец и адвокат уроженки Чечни. На суде 3 марта Саидова подтвердила, что перевела деньги младшему брату в Турцию, но отказалась признать вину в финансировании терроризма.

17 марта во Втором западном окружном военном суде Москвы состоялось заседание по делу уроженки Грозного, матери четверых детей, врача-стоматолога московской поликлиники Лилии Саидовой, обвиняемой в финансировании терроризма за переводы денег в Турцию по просьбе младшего брата, о гибели которого в Сирии стало известно позднее, передает присутствовавший на заседании корреспондент "Кавказского узла".

Планируемый допрос фактически главного свидетеля обвинения Шайхвалиева не состоялся. Председательствующий судья зачитал сообщение из Федеральной службы исполнения наказаний, который поступил 17 марта. В нем говорится, что Шайхвалиев "болен и принять участие в суде даже по видеоконференцсвязи не может".

«Дату завершения амбулаторного лечения Шайхвалиева нельзя назвать точно, так что прогнозировать время выздоровления не представляется возможным», - процитировал уведомление судья.

И прокурор, и защитники Саидовой сошлись на том, что допрос Шайхвалиева необходим, следовательно, нужно дождаться его излечения, чтобы он смог дать показания. После этого по просьбе защиты был допрошен как свидетель отец подсудимой Султан Саидов.

Он сообщил суду об некоторых обстоятельствах, которые посчитал важными для доказательства невиновности дочери. Саидов рассказал о неожиданном исчезновении сына, который был студентом Первого медицинского университета в Москве и его обнаружении в Турции, а также о тщетных его поисках членами семьи.

По словам Саидова, эти события происходили в мае-июне 2016 года. Отец и мать Саидовы почти полгода провели в Турции, пытаясь всеми способами выйти на след сына, но затем вынуждены были вернуться в Россию.

«Мы обращались в ФСБ в Чечне, но там нам сказали, что не могут помочь в поисках», - указал на суде Саидов.

По его словам, лишь в июне 2017 года с неизвестного номера поступило сообщение о гибели сына и фотография погибшего. «Для меня, можно сказать, жизнь закончилась. Я лишился единственного сына. Сейчас в жизни держит только желание, чтобы моя дочь вернулась к своим детям, моим внукам», - сказал Саидов.

Он заявил суду, что только после гибели сына его дочь призналась, что отправляла брату денежные переводы в Турцию. «Она, не посоветовавшись со мной, это делала. Я не хотел, чтобы ему помогали. Но до конца надеялся, что сын вернется. А в конце 2017 года её допрашивали в ФСБ в Грозном по поводу брата. И потом меня вызвали, я им все это рассказал. Но неожиданно в конце 2018 её взяли и арестовали среди ночи, оторвав от детей», - посетовал Саидов.

Вопросы защиты к свидетелю в основном касались характеристики дочери. «Она - старшая в семье, и все её младшие - у меня ещё две дочери и погибший сын - любили. Она за ними ухаживала, заботилась. Для неё младший брат был любимчиком. Она не могла отказать ему в помощи, даже несмотря на мой запрет», - отметил Саидов.

Прокурор поинтересовалась у Саидова, на какие средства жила его дочь в тот период.

«Она декретные деньги получала», - сообщил он.

«А вы ей помогали?», - спросила гособвинитель.

«Конечно. Если ей нужны деньги, я ей давал. Она же моя дочь. Я не то что деньги, жизнь за нее отдам», - заявил Саидов.

После допроса он остался в зале заседаний как слушатель, а защита выступила с рядом ходатайств.

Адвокат Инара Багдасарян попросила суд истребовать сведения о процессуальном статусе двух женщин, на счета которых, по данным следствия, перевела деньги Саидова. По словам адвоката, в отношении одной из них возбуждено уголовное дело по части 4 статьи 205.1 (содействие террористической деятельности), а в отношении другой - уголовное дело по статье 222 (незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов).

«Поскольку обвинение против Саидовой строится на том, что она перевела деньги на карты (упомянутых женщин), и это трактуется как финансовая помощь членам террористической организации, считаю необходимым истребовать в Следственном комитете по Дагестану и в ОМВД по Ленинскому району Махачкалы процессуальные решения, подтверждающие или опровергающие факт уголовного преследования этих лиц», - заявила Багдасарян.

Второе ходатайство защиты касалось людей, которые были освобождены по реабилитирующим обстоятельствам, хотя ранее попали под следствие и содержались под стражей по одному уголовном делу с Саидовой.

«Для всестороннего и объективного рассмотрения уголовного дела в отношении Саидовой и для выяснения всех обстоятельств для квалификации действий моей подзащитной прошу вызвать в качестве свидетелей в суд Анжелику Бабан, Ислама Саадаева, Салмана Рамазанова, Саид-Хамзата Байсарова. Они были привлечены в качестве обвиняемых по данному уголовному делу, и в отношении них уголовное преследование прекращено с правом реабилитации. Поскольку эти лица прямо или косвенно сопричастным к событиям, вменяемым деяниям Саидовой, и могут подтвердить её непричастность», - заявила Багадсарян.

Её поддержал защитник Саидовой Сулейман Ибрагимов.

«Сторона обвинения озвучила в качестве доказательства вины Саидовой так называемую «схему финансовых связей Саидовой». Это есть в уголовном деле. В данной схеме представлены все эти люди, в отношении которых сначала велось уголовное преследование, а затем оно было прекращено за отсутствием их вины. Первоначально постановления об освобождении четырех человек от уголовной ответственности имелись в уголовном деле, но перед судом следователь, если можно так сказать, переформатировал дело и изъял их. В этом же суде рассматривается дело против Байсаровой. В её деле, со слов моих коллег, эти постановления имеются. Могу предложить их истребовать из них», - сказал он.

Помимо этого, защита ходатайствовала приобщить характеристики Саидовой от имама мечети по месту регистрации подзащитной, а также родственников и соседей.

Прокурор была не против приобщения характеристик, но против истребования процессуальных документов по упомянутым жительницам Дагестана и вызова в качестве свидетелей реабилитированных граждан.

В итоге суд постановил удовлетворить ходатайства защиты частично. Было разрешено приобщить характеристики и истребовать материалы по жительницам Дагестана, но в вызове освобожденных людей, ранее проходящих по одному уголовному делу с Саидовой, было отказано. «На данной стадии судебного следствия данное ходатайство оставить без удовлетворения», - уточнил судья.

Суд удалился на перерыв с открытой датой, однако предварительно было намечено 25 марта как день возможного продолжения процесса после выздоровления Шайхвалиева.

После суда Султан Саидов сообщил корреспонденту "Кавказского узла", что его дочь по-прежнему находится в медсанчасти, никаких жалоб на давление с ее стороны не поступало.

*организации признаны террористическими и запрещены в России по решению суда.

"Кавказский узел" отслеживает материалы о влиянии войны на Ближнем Востоке на регионы Кавказа на тематических страницах "Сирия в огне" и "Кавказ под прицелом халифата". В разделе "Справочник" также содержится справка "Выходцы с Кавказа в рядах ИГИЛ"*.