Ненашева рассказала о причинах проведения акции в Махачкале

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Полицейские прервали акцию против пыток "Груз 300", но она состоялась, поскольку вызвала обсуждение, считает организатор перфоманса Екатерина Ненашева. Она объяснила проведение акции в Махачкале желанием поддержать дагестанца, пережившего пытки. Негативная реакция прохожих говорит о том, что общество не готово обсуждать тему пыток, полагает журналист Светлана Анохина.

Как сообщал "Кавказский узел", 9 октября полицейские задержали известную своими перформансами художницу Екатерину Ненашеву, двух журналистов и фотографа во время проведения акции "Груз 300" в Махачкале. Все они были отпущены без составления протоколов.

Екатерина Ненашева считает, что акция, продолжавшаяся менее получаса, все же состоялась. "Люди взаимодействовали с объектом, часть людей прочитали текст о проблеме пыток, который был прикреплен к клетке. В социальных сетях люди выкладывали видео и рассказывали про акцию, под публикациями было много интересных комментариев. Люди разделились на несколько групп. Одни поняли то, о чем я говорю, и признали, что тема актуальна. Некоторые даже очень хорошо поняли эту метафору в клетке. Они услышали меня, и у них была правильная реакция", - сказала художница корреспонденту "Кавказского узла".

Она отметила, что во всех городах, где проводилась акция, люди реагировали неоднозначно. "В Махачкале для меня была важна реакция женщины, которая сказала, что наш народ и так страдает, и зачем нам еще видеть тему страдания настолько явно. Часть людей реагировала достаточно агрессивно, показывая неготовность видеть то, что было представлено. Тема пыток, тема изоляции действительно очень травматичная, больная. И в Москве, и в других городах реагируют негативно - у многих появляется желание, чтобы меня поскорее убрали с улицы, чтобы я испарилась, куда-то делась от них подальше. Но на самом деле это тоже, я считаю, нормальная реакция. Кто хочет говорить о пытках и видеть что-то связанное с этой темой? Реакция дагестанцев была очень живой, честной. Был ребенок, который попытался меня освободить, и ему помешали взрослые. Был мужчина, который говорил, что делаете все правильно, но он не смог ничего сделать, так как нас уже забирали полицейские", - рассказала Ненашева.

Акционистка пояснила, что выбрала Махачкалу для проведения очередной акции "Груз 300", поскольку была знакома с дагестанцем, который пережил пытки, рассказал об этом, но не был понят обществом. "У меня в Москве должна была открыться выставка с участием людей, которые пережили пытки. Предполагалось рассказать истории семи героев. Среди них был и молодой дагестанец, который пережил пытки в тюрьме, и ему теперь тяжело адаптироваться на свободе после травмы, так как общество его не принимает. Большинство его осуждает за то, что он рассказал о пережитом. Он должен был приехать в Москву, но выставку запретил департамент культуры по звонку из администрации президента страны и ФСБ. И поэтому для меня было важно сделать это здесь, ради того дагестанца. Но теперь, поговорив с журналистами и увидев реакцию махачкалинцев, я поняла, что эта проблема более актуальна, чем я представляла", - рассказала художница.

Сотрудники полиции доставили Ненашеву и журналистов в отдел полиции, так как не знали, как реагировать на перфоманс, считает Светлана Анохина, оказавшаяся среди задержанных. "Скорее всего, полицейским никто не жаловался. Там шел патруль. Был человек в штатском, который мешал мне снимать на телефон. Но полицейские почему-то сразу подошли ко мне, а не к клетке. К клетке они подходить не хотели. Спрашивали меня, что тут происходит, но я объяснила, что организатор не я и я не уполномочена объяснять смысл акции. Минут пять беседовали, вели себя полицейские корректно. Вызвали наряд, и нас всех забрали в отдел полиции", - рассказала Анохина.

По ее словам, задержанные отказались писать полицейским объяснительную. "Я не предполагала, что наш народ настолько травмирован и способен проявить агрессию к тому, что не несет угрозу. Это может говорить только о том, что есть глубоко травмированная прослойка общества, которая не успела эту травму переработать, и им приходится с этим жить. Катрин говорила о себе. Она написала, что пережила пытки и чувствовала себя в это время невидимой. Она призывает поговорить, показать, что таких людей много в округе, и общество не знает, что с этим делать. Но людям она мешает, она им напоминают о неприятном. Хотя она никого не провоцирует, никого не обвиняет, не требует сочувствия. Она рассказывает о проблеме, но делает это лично. И такая ожесточенная коллективная реакция может свидетельствовать о том, что люди восприняли это как нечто болезненное. Значит, проблема настолько серьезная", - считает Анохина.

Она отметила, что сама по себе акция никого не провоцировала активно проявлять свое отношение. "Ты идешь по городу, и на алее можешь увидеть драку, маму или отца, наказывающих ребенка, увидеть, как парни задирают девушку, как милиция кого-то винтит. А тут ты видишь клетку, обернутую пленкой. Из нее торчат две руки, а внутри сидит, согнувшись, девушка, и на ящике написано, что она подвергалась пыткам и чувствовала себя в это время скомканной, униженной. И таких людей много, и нашим это очень знакомо. Что ты должен делать в этой ситуации? Людям предлагается любая реакция. Например, пройти мимо - никто никого не вынуждал реагировать активно. Почему люди выбрали такой тип реакции, почему она их как-то оскорбила? Кто-то предлагал кинуть гранату, поджечь. В шутку, конечно, но сама такая направленность говорит о многом. Кто-то говорил, что не надо к нам приезжать и устраивать «этот разврат». В согунтой фигуре в клетке, где написано о пытках, он рассмотрел татуировку и зацепился за эту кажущуюся оправданием неприязнь", - рассказала Светлана Анохина.

Она напомнила и о женщине, которая кричала, что ее дети не должны это видеть. "Если ты не хочешь травмировать детей, отведи их в сторону. Но нет, она стоит и якобы защищая детей и их хрупкие души говорит о морали художника и призывает выгнать из Дагестана. Она демонстрирует неадекватность и агрессию. То есть преподносит урок своим детям, как нужно на такое реагировать. Если бы эта женщина подошла, спросила, что происходит, дети увидели бы другую модель поведения – участие, интерес и попытку помочь. Но, прикрываясь интересами детей, она продемонстрировала совсем другую модель – модель агрессии", - отметила Анохина.