Аналитики рассказали о целях и мотивах атаки в Грозном

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Атака на церковь в Грозном вписывается в логику действий приверженцев ИГ*, но никак не связана с подрывом могилы шейха Чиркейского в Дагестане, за который запрещенная организация также взяла на себя ответственность, считают правозащитница Екатерина Сокирянская и журналист Орхан Джемаль. Теракты становятся способом коммуникации между влиятельными игроками в регионе, указал социолог Денис Соколов.

Как писал "Кавказский узел", при попытке захвата боевиками прихожан в храме Михаила Архангела в Грозном 19 мая были убиты семь человек и двое ранены. Усиленных мер безопасности после теракта в городе нет, рассказали 22 мая местные жители.

Сокирянская: организаторам атаки было важно ее время

Разжигание конфликта между мусульманами и православными вряд ли могло быть целью атаки на храм в Грозном, однако это нападение можно расценивать как символический вызов российскому присутствию в Чечне, считает директор Центра анализа и предотвращения конфликтов Екатерина Сокирянская.

"В Грозном осталось крайне мало православных. Это в основном старики, которые доживают там свой век, и приезжие, которые работают временно в республике — военные, специалисты, члены их семей. В Чечне нет в настоящее время значимого, играющего роль в жизни республики православного, русскоязычного населения, поэтому нет причин провоцировать такой конфликт", - сказала она корреспонденту "Кавказского узла".

По мнению Сокирянской, это нападение можно поставить в один ряд с расстрелом прихожан православного храма в Кизляре по символическому значению. "Это символический вызов власти России, российскому присутствию в Чечне, а не попытка запустить какие-то социальные процессы в обществе", - полагает Сокирянская.

Сокирянская обратила внимание, что нападение в Грозном вписывается в новую систему методов ИГ*, сформировавшуюся после разгрома боевиков террористической организации в Сирии и Ираке.

"Приверженцы ИГ* перешли к тактике действий "одиноких волков" или маленьких групп-ячеек, которые с использованием подручных средств — ножей, топоров, на грузовиках, - нападают на мирных граждан", - сказала правозащитница.

Для организаторов нападения было важно время атаки, которая произошла в Рамадан и в преддверии чемпионата мира по футболу, отметила Сокирянская.

"Они хотели погибнуть в этот священный для мусульман месяц. Также важно, что до начала чемпионата мира по футболу осталось меньше месяца. Грозный официально включен в список регионов ФИФА, там должна тренироваться сборная Египта. Такое громкое нападение, за которое берет на себя ответственность ИГ*, ставит под сомнение безопасность команды, болельщиков, журналистов, которые собирались приехать в Чечню. Поэтому Кадырову сейчас не нужно, чтобы нападение ассоциировалось с ИГ*, а обвинить Запад и внутреннюю "пятую колонну" всегда легко и выгодно", - указала она.

Непосредственной связи атак на православные церкви со взрывом у могилы Саида-афанди Чиркейского Екатерина Сокирянская не усматривает.

"Их совершили разные акторы с разными повестками. Те, кто стоял за убийством Саида Чиркейского, представляли "Имарат Кавказ"*, который воевал за свои местные и региональные интересы. Для них имел значение конфликт между суфиями и салафитами, они стремились спровоцировать дальнейшую эскалацию конфликта между верующими и выиграть в идеологической борьбе за умы на Кавказе. В случаях нападений основная цель - медиаэффект, а сами акторы не хотят что-либо изменить, они стремятся умереть "в джихаде"", - резюмировала Сокирянская.

Джемаль поставил под сомнение версию целенаправленного теракта

Не исключено, что за нападением на церковь стоял эмоциональный всплеск, а не целенаправленный план теракта, предположил журналист Орхан Джемаль.

"Терроризм — жестокая деятельность, но она имеет некие рациональные цели, каждый шаг рассчитан на определенные последствия. Нападение на церковь выглядит как некая эмоциональная реакция, а не целенаправленное действие. Ни в Чечне, ни вообще на Северном Кавказе нет прямого религиозного конфликта, не идет война мусульман против христиан и наоборот, под словом "кафир" подразумеваются больше политические оппоненты, а не религиозные", - сказал Джемаль корреспонденту "Кавказского узла".

"Саида Чиркейского убили из мести в связи с убийством Муртузали Магомедова. В 2000-х годах в Дагестане оформились две противоборствующие стороны. Одна, которую условно именовали "лес", "Имарат Кавказ"*, подполье, не была целостной, но все же имела общие интересы. Другая сторона состояла из представителей разных силовых структур и поддерживалась суфийскими тарикатами во главе с самой яркой фигурой, Саидом-афанди. Некоторые суфии были на службе у государства во властных и силовых органах, а значительная часть помогала им, участвуя даже в силовых акциях. В рамках такого союза части тарикатов с силовиками, который сейчас, видимо, распался, имело место противостояние. Убийство Муртузали и ответное убийство Саида-афанди - в логике той войны", - рассказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Вместе с тем журналист отметил, что информации о нападавших и самой атаке слишком мало, чтобы уверенно говорить об их мотивах и целях.

"В принципе можно предположить, что это ИГ*, информации, опровергающей такую гипотезу, тоже нет. На мой взгляд, такие действия не похожи на деятельность Имарата Кавказ*, у них все-таки не было идеи нападать на церкви. Существуют достаточно внятные ограничения шариата на возможность нападений на церкви или монастыри, поэтому остается неясным, чего хотели добиться эти люди", - отметил он.

Тот факт, что атака произведена в Рамадан, вызвал у журналиста недоумение. "Без особой причины мусульманам запрещено воевать в этот священный месяц, нельзя нападать, если не нападают на них самих. Поэтому это не похоже на целенаправленный теракт, - скорее на то, что какие-то молодые люди совершили это по запальчивости, от обиды. Возможно изучение их личностей сможет пролить свет на причины и мотивы инцидента", - подытожил Орхан Джемаль.

Теракты становятся способом коммуникации в регионе

Социолог Денис Соколов тоже не видит связи между подрывом у могилы Саида-афанди Чиркейского и нападением на церковь в Грозном. При этом он отметил, что с точки зрения воздействия на общество нападение на храм является эффективным инструментом.

"С точки зрения эффекта, нападение на православный храм наибольшее воздействие оказывает внутри страны. Восстанавливает христиан против мусульман, легитимирует репрессии против мусульман со стороны правоохранительных органов", - сказал Соколов корреспонденту "Кавказского узла".

Ввиду отсутствия централизации на Северном Кавказе участников рынка насилия, находящихся вне закона, Соколов счел преждевременными выводы о наличии внутренней или внешней составляющей в стратегии боевиков.

"Я бы не стал пока говорить о существовании внутреннего или внешнего стратега, потому что со времен фактической ликвидации "Имарата Кавказ"* нет признаков существования повстанческого движения со штабом, последовательной стратегией и постоянными источниками финансирования. Можно сделать осторожное предположение, что теракт в Грозном - либо случайность, либо эпизод в игре, которую снаружи не видно, но не хочется ударяться в конспирологию", - отметил Соколов.

Ситуация, когда теракты становятся способом коммуникации между влиятельными игроками в регионе, не позволяет однозначно оценивать риски и их последствия, полагает эксперт.

"Кадыров говорит, что это не ИГ*, потому что иначе он не контролирует территорию, - в Грозном ИГ* орудует. Но это же все слова, и про ИГ*, и про то, что это не ИГ*. Страшно, что теракты стали частью коммуникации между разными игроками на политическом рынке, от криминала до спецслужб, на разных уровнях. Даже если решение принято самостоятельно исполнителями, они принимают это решение в сложившемся контексте", - заключил эксперт.

* - организация признана террористической и запрещена в России судом.