Лукьяненко заявила в суде о своей невиновности

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Выступая в Приволжском райсуде Астраханской области, обвиняемая во взяточничестве министр соцразвития региона Екатерина Лукьяненко заявила, что следствие не установило фактов поборов с ее подчиненных. Также она отметила, что главная свидетельница обвинения Ольга Сорокина оговорила ее с целью избежать ответственности за собственные преступления.

Как писал "Кавказский узел", Екатерина Лукьяненко была задержана 6 июня 2015 года по подозрению в получении взятки в размере около 260 тысяч рублей. По версии следствия, с марта 2014 года по июнь 2015 года она получила от руководителей подведомственных министерству учреждений свыше 2 миллионов рублей. 17 декабря 2015 года дело было передано в суд. На заседании 1 апреля гособвинение завершило оглашение письменных материалов дела.

На заседании 11 апреля суд заслушал показания Екатерины Лукьяненко, передает корреспондент "Кавказского узла".

"Вину предъявленного обвинения я не признаю полностью. Занимая должность министра социального развития и труда Астраханской области с 2008 года, я никогда не преследовала цель личного обогащения", - заявила бывший министр соцразвития.

Она не согласилась с предъявленным ей обвинением в том, что в 2014 и 2015 годах ее деятельность была направлена на получение взятки за общее покровительство руководителей подведомственных министерству учреждений, непривлечение их к дисциплинарной ответственности и обеспечение беспрепятственного выполнения трудовых обязанностей путем непроведения ведомственных проверок.

"Органы предварительного следствия не установили фактов, что в 2014-2015 годах с моей стороны имел место преступный умысел в получении взятки в особо крупном размере в виде денег за общее покровительство и попустительство по службе от руководителей подведомственных учреждений. Не установлено, в том числе и в судебном заседании, что я кого-то незаконно премировала, привлекала к дисциплинарной ответственности без соответствующих на то оснований, обеспечивала необоснованное продвижение по службе, продлевала срочные трудовые договоры при наличии оснований для увольнения", - отметила Лукьяненко.

Также она отрицает, что выдвигала требования директору реабилитационного центра "Исток" Ольге Сорокиной о сборе денежных средств в особо крупном размере с каждого руководителя учреждений, входящих в совет директоров подведомственных учреждений (председателем которого является Сорокина, - прим. "Кавказского узла"). Лукьяненко подчеркнула, что, по версии следствия, в 2014 году она запланировала "или, как указывает следователь, имела преступный умысел на получение взятки в особо крупном размере, то есть в сумме 2 млн 182 тысяч 500 рублей, причем к определенным датам".

"То есть я уже в феврале 2014 года должна была четко знать и представлять, сколько руководителей и сколько денежных средств мне должны передать через Сорокину к определенным датам. Я должна была знать и быть уверена, что никто из них в это время не уволится, не заболеет, не уйдет в отпуск", - прокомментировала она обвинение.

Также она заявила, что "не могла знать, когда и что сообщала Сорокина руководителям учреждений". По словам Лукьяненко, обвинение является "предположением и не основано на материалах дела, исследованных в судебном заседании".

Лукьяненко акцентировала внимание на том, что "свидетели, в том числе и Сорокина, давали на предварительном следствии и в судебном заседании неконкретные и противоречивые показания".

"Часть свидетелей, несмотря на оказанное на них давление со стороны сотрудников ОБЭП и следствия, в том числе и под угрозой привлечения их к уголовной ответственности, что и выразилось в выделении в отношении них материалов уголовного дела, вообще отрицают факты передачи денежных средств", - пояснила Лукьяненко, напомнив, что в своих показаниях на предварительном следствии Сорокина "не помнила про 2014 год".

Подсудимая рассказала, что ей "непонятно, как орган предварительного следствия определял места, где я получала от Сорокиной денежные средства".

"Я полагаю, что Сорокина, имея целью избежать уголовной ответственности за свои действия, оговаривает меня, а денежные средства, если она собирала под предлогом, что якобы их требовала я – тратила на свои личные нужды", - заявила Екатерина Лукьяненко.

Лукьяненко отрицает факт получения денег накануне ее задержания

Также Екатерина Лукьяненко прокомментировала данные следствия о получении ею взятки 5 июня.

"5 июня денежные средства от Сорокиной в размере 280 тысяч рублей я не получала. Выданные (следствию при обыске, - прим. "Кавказского узла") мной 280 тысяч - это мои личные денежные средства, деньги семьи. Деньги в сумме 280 тысяч рублей остались от накоплений", - заявила Лукьяненко.

В подтверждение своих слов она сообщила суду, что 15 декабря 2014 года ее муж продал автомобиль, так как в середине декабря "был ажиотаж, что не будут работать (банковские) карточки". Лукьяненко отметила, что она и ее муж "сняли со своих зарплатных карточек сбережения перед Новым годом".

"После того как все улеглось, мы не стали класть деньги обратно на карточки, а оставили дома. Всего было 480 тысяч", - сообщила Лукьяненко, представив суду подтверждающие ее слова документы и уточнив, что они пользовались этими деньгами, и "на 6 июня их осталось 280 тысяч".

Подсудимая сожалеет о сборе средств на проведение форума

Что касается получения денег от Сорокиной в день задержания, 6 июня, то Лукьяненко заявила суду: "Да, я признаю, что 6 июня 2015 года получила от Сорокиной денежные средства в сумме 262 тысяч 500 рублей. Поясняю, что эти деньги нужны были для проведения форума, который должен был состояться 22-24 июня 2015 года у нас, в городе Астрахани".

Далее обвиняемая рассказала, что 27 мая 2015 года случайно встретилась в коридоре министерства с Сорокиной и во время разговора с директором реабилитационного центра "Исток" сообщила ей, что выписывает всем премии в размере двух месячных денежных содержаний, "и она (Сорокина) предложила часть премии директоров учреждений использовать на проведение семинара-форума". Свое согласие с данным предложением Лукьяненко обосновала необходимостью проведения данного мероприятия.

По факту того, что следствие не обнаружило в плане министерства проведения такого мероприятия, Лукьяненко сообщила, что годовые планы корректируются в течение года, однако "существуют оперативные планы на каждый месяц, и согласно регламенту он (форум) появился бы в плане в конце июня. По словам подсудимой, предварительная работа по его подготовке "уже началась, участники мероприятия подтвердили, что приедут на него".

"Самый трудный вопрос - это были деньги. Я общалась и со своими финансистами, и с Минфином, но так как бюджет был сильно урезан, а в министерстве денег не было, а ввести программу невозможно в связи с очень емким объемом согласования документов, в том числе и с думой ... возник тот механизм, о котором мы говорим. Сейчас я, конечно, понимаю, что это было неправильное решение, что я выбрала неправильный путь, но я эти деньги не лично для себя планировала взять. Это был единственный раз, когда я пошла на нарушение закона. И, естественно, сейчас глубоко в этом раскаиваюсь", - пояснила Лукьяненко.

Лукьяненко отказалась отвечать на вопросы гособвинителя и суда

Далее Лукьяненко представила в суде документы об успехах, достигнутых Минсоцразвития региона за время ее работы на посту руководителя ведомства, рассказала о ряде проектов, о том, сколько и какие учреждения были отремонтированы и как оборудованы.

По факту получения подарков к своему дню рождения Лукьяненко пояснила, что "денег никто никогда не приносил". По ее словам, "дарили в основном поделки, сделанные руками детей, подарочные карты, книги и другие сувениры".

Затем Лукьяненко, отвечая на вопросы адвоката Елены Бурлиной, подробно рассказала о событиях 5 и 6 июня 2015 года.

Что касается 5 июня, то, как заявила бывший министр Соцразвития, "с Сорокиной мы не встречались, мы с ней перезванивались по телефону". По словам Лукьяненко, у нее не было времени на встречу с Сорокиной в этот день.

"Сначала было большое совещание в министерстве, а затем праздничное мероприятие в администрации губернатора. В назначенное время между мероприятиями Сорокина не смогла подъехать из-за пробок на дорогах", - отметила чиновница.

Относительно событий 6 июня, о которых рассказал в суде 6 апреля свидетель Вартан Симонян, Лукьяненко пояснила, что во время обыска ей вызвали скорую помощь, которая "приехала не сразу".

"Симонян на меня постоянно давил. Они меня спросили, есть ли дома деньги, я ответила, что деньги есть, это деньги нашей семьи. Мне предложили их выдать. Я открыла сейф, достала косметичку с деньгами, поставила на тумбочку и упала на кровать, так как у меня поднялось давление, кружилась сильно голова, я задыхалась, у меня все плыло перед глазами. Я попросила вызвать скорую помощь. Но скорая помощь очень долго ехала. Когда она приехала, насколько я помню, Симонян не давал сразу подойти ко мне, а требовал, чтобы я эти деньги из косметички вытащила. Я была доведена до такого состояния, что просто вытряхнула их из косметички и попросила допустить ко мне врачей и сделать мне укол", - рассказала Лукьяненко.

После оказания медицинской помощи подсудимая, по ее словам, подписала протокол обыска.

"Я, честно говоря, его не читала, потому что прочитать его было невозможно - таким почерком он был написан. И что там написано, я узнала только тогда, когда начала читать дело", - пояснила она.

Адвокат Бурлина обратила внимание суда, что "сигнальный лист был изъят Симоняном, в материалы дела он не поступил".

В судебном заседании была изучена медицинская карта Лукьяненко, в которой имелась запись о том, что бригада скорой помощи была у нее более получаса во время обыска.

На вопрос суда о том, почему подчиненные не пожаловались ей на требования сбора с них денег, которые якобы выдвигала Сорокина, Лукьяненко пояснила, что, "наверное, они настолько были приучены к командному стилю работы и к твердой дисциплине, что просто поверили Сорокиной, ее словам".

Затем Лукьяненко заявила, что в соответствии со статьей 51 Конституции РФ не будет отвечать на вопросы гособвинителя и суда.

Суд вернулся к рассмотрению ходатайства защиты, запросившей сведения о , какие решения приняты по выделенным материалам в отношении тех, по которым уголовное преследование еще не прекращено. Адвокат Александр Моисеенко еще раз высказал свою позицию, что "такое положение дел можно расценивать как давление на свидетелей в том случае, если никаких решений по ним до настоящего времени принято не было". Гособвинитель выступил против этого ходатайства.

Суд выслушал мнения сторон и принял решение ходатайство удовлетворить.

Следующее заседание назначено на 13 апреля.