Мораторий на боевые действия в Чечне в 1995 году не помог мирно урегулировать конфликт

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Стороны конфликта в Чечне использовали мораторий на боевые действия, введенный в июне 1995 года, для подготовки к новым операциям, заявили опрошенные "Кавказским узлом" эксперты.

Как писал "Кавказский узел", 14 июня 1995 года группа боевиков из Чечни под руководством Шамиля Басаева осуществила нападение в Буденновске и захватила центральную городскую больницу. В результате теракта погибли 129 человек. По итогам переговоров 19-22 июня 1995 года террористы освободили всех заложников, российские власти согласились на прекращение боевых действий в Чечне и вывод войск, а боевикам позволили вернуться в Чечню.

Борщев: перед мораторием в Чечне сложилась патовая ситуация

Миссия общественных организаций под руководством Сергея Ковалева приехала в Грозный на второй день после начала войны, где провела относительно успешную встречу с Джохаром Дудаевым, рассказал корреспонденту "Кавказского узла" непосредственный участник событий, председатель Постоянной палаты по правам человека политического консультативного совета при президенте РФ Валерий Борщев.

"Основным успехом переговоров стало решение чеченских боевиков отказаться от выхода из состава России. Дудаев потребовал заключения договора с Кремлем по примеру Татарстана. Черномырдин был в курсе. 4 января Ковалев уехал в Москву на переговоры с Ельциным, в ходе которых сказал: "Борис Николаевич, поднимите трубку, позвоните Дудаеву, и войны не будет, вопросы будут решены мирным путем". Но Ельцин ответил: "Еще не время". Это было роковой ошибкой, стоившей тысяч жизней и разрушений", – убежден Борщев.

По его мнению, бессмысленность войны на том этапе прекрасно понимали обе стороны.

"Война была бессмысленна, и это понимали обе стороны: да, регулярные соединения взяли Грозный, но началась партизанская война, в которой, как известно, нельзя выиграть", – пояснил Борщев.

В сложившейся патовой ситуации военные действия не были решением всех проблем, продолжил эксперт. Борщев был одним из депутатов, предложивших себя в качестве заложников для обеспечения безопасности людей, захваченных отрядом Басаева.  

"Мораторий был последней каплей ввиду бессмысленности войны. Те жертвы были бессмысленны и не могли привести к победе. Если говорить честно, то к мораторию в Кремле были готовы", – заключил Борщев.

Орлов: стороны во время моратория готовились к силовым операциям

Приостановка боевых действий давала возможность мирного разрешения конфликта, рассказал корреспонденту "Кавказского узла" член совета ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Олег Орлов.

"Печально, что этот мирный процесс начался в результате теракта, а не раньше. Он должен был начаться в первые же дни войны, а лучше до нее, и такая возможность была. До теракта российская сторона все ведшиеся, пусть даже, псевдопереговоры использовала для прикрытия и осуществления силовых актов. К примеру, в первые дни войны было заявлено, что ведутся мирные переговоры, хотя в это время на территорию Чечни вводились войска", – отметил Орлов.

Еще в декабре 1994 года в Грозном Сергей Ковалев предлагал Джохару Дудаеву вести переговоры, и тот, "несмотря на непростой и неоднозначный характер", был готов к диалогу, продолжил эксперт.

"К сожалению, понадобился серьезный теракт, чтобы мирный процесс начался", – сказал он.

К переговорам и собственно мораторию серьезно не относилась ни одна из противостоящих сторон – за мирные полгода они, по словам Орлова, готовились к силовым операциям. Окончательно мораторий был сорван выборами в местные органы власти, которые были бойкотированы сторонниками сепаратизма. Кремль заявлял, что выборы будут объективными, но очевидно, это было не так, добавил Орлов.

"Выборы как бы готовились – все прекрасно знали, что о легитимных выборах в сложившейся ситуации не могло быть и речи", – рассказал эксперт.

Малашенко: мораторий был шагом Москвы по отсрочиванию военных действий

В первую очередь мораторий был необходимо федеральному центру, но его скоротечность была очевидна, сказал корреспонденту "Кавказского узла" член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко.

"Мораторий – тактика, прежде всего Москвы, по отсрочиванию военных действий. Нужен был перерыв, чтобы утихомирить ситуацию. Передышка. Все прекрасно понимали, что приостановка боевых действий временная", – рассказал он.

Подписи под соглашением ставили политики, которые не имели возможности принимать ключевые решения, продолжил эксперт.

"И для Басаева, и для подписантов это был временный выигрыш. Если не изменяет память, то Басаев выдавал мораторий за свою большую победу. Для Москвы – пауза, передышка, чтобы потом добивать боевиков. Это некая предтеча Хасавюрта (подписания Хасавюртовских соглашений о перемирии в 1996 году. – Прим. "Кавказского узла"): казалось бы, достигнут мир, на самом деле – лишь фаза очередной войны", – уверен Малашенко.

В период затишья эксперт был в Чечне по работе. По его словам, там его не оставляло "ощущение продолжающейся войны либо временной отсрочки".