Боевики Северного Кавказа вряд ли позаимствуют тактику ИГ, считают эксперты

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Признаков ужесточения тактики боевиков Северного Кавказа после подрыва смертника в Чечне и атаки боевиков на Грозный не наблюдается, и вряд ли боевики позаимствуют тактику "Исламского государства" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла"), признанного террористической организацией, считают опрошенные корреспондентом "Кавказского узла" эксперты.

Жертвами вооруженного конфликта в СКФО в 2014 году стали 525 человек, из них 341 человек погиб и 184 были ранены. За год общее число жертв конфликта сократилось на 46,9%: в 2013 году жертвами конфликта на Северном Кавказе стали 986 человек, из которых 529 человек погибли и 457 получили ранения. Снижение количества жертв в ходе конфликта на Северном Кавказе в 2014 году авторы информационно-аналитического бюллетеня, подготовленного Правозащитным центром ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу), связали с отъездом части радикально настроенных людей в Сирию.

Амелина: террористы реализовали все формы совершения терактов

Использовавшаяся боевиками в Чечне тактика уже применялась в других регионах Северного Кавказа, считает секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба Яна Амелина.

"Последние теракты в Чечне не стали новостью с точки зрения тактики террористов. Смертники и смертницы "используются" повсеместно - от Палестины до Москвы, Волгограда и Дагестана - уже много лет. То же можно сказать и об относительно широкомасштабных атаках на населенные пункты - вспомним рейды Басаева двадцатилетней давности. За последние годы террористы в России и мире реализовали, пожалуй, все формы совершения терактов, за исключением, разве что, применения оружия массового поражения. Чечня, скорее, может стать примером планомерной и бескомпромиссной борьбы с боевиками любого сорта. Этот опыт свидетельствует, что лишь жесткие меры могут привести к успеху, хотя бы и относительному", - сказала корреспонденту "Кавказского узла" Яна Амелина.

По словам эксперта, распространение практики боевиков "Исламского государства" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") на Северном Кавказе маловероятно "в связи с недостаточностью внутренней базы".

"Я солидарна с мнением экспертов, указавших две причины существенного снижения активности радикалов на Северном Кавказе в 2014 году. С одной стороны - это успехи правоохранительных органов, усиливших работу в преддверие сочинской Олимпиады и добившихся заметных результатов. С другой - активное "вымывание" действующих и потенциальных боевиков-джихадистов в Сирию, а в последнее время и в Ирак. На территории, контролируемые т.н. "Исламским государством" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла"), - отметила эксперт.

Потенциал "Имарата Кавказ" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") фактически исчерпан, а "Исламское государство" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") "продолжает утрачивать свою привлекательность в глазах потенциальных адептов на Северном Кавказе", также заявила Яна Амелина.

"Последние полгода выявили еще несколько тенденций. Во-первых, потенциал северокавказского бандподполья не безграничен и во многом исчерпан. Во-вторых, т.н. "Исламское государство" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла"), строящееся на крови и уничтожающее всех подряд, утратило значительную часть первоначальной привлекательности в глазах многих возможных адептов. Наконец, все больше фактов свидетельствует о том, что ИГ (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") - это проект, созданный отнюдь не в интересах мусульман, и участвовать в нем - значит лить воду на абсолютно чужую мельницу", - отметила Амелина.

"Что касается распространения деятельности так называемого "Исламского государства" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") на Северный Кавказ, то это, хотя и было обещано "игиловцами" еще в сентябре, пока представляется маловероятным. Внутренняя база для этого, как я уже отметила, недостаточна. "Имарат Кавказ" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") значительно ослаблен, и его присяга носит, скорее, историческое, нежели практическое значение. Силовики располагают подробными списками "уехавших на джихад", и не намерены позволять им возвращаться в Россию, тем более - применять здесь полученные за границей знания и боевой опыт", - подчеркнула Яна Амелина.

Эксперт в этой связи также заявила о том, что "основная масса северокавказских "джихадистов" всегда действовала достаточно автономно".

"Представить, что они начнут ориентироваться на Ближний Восток, и тем более выполнять поступающие оттуда указания, довольно сложно. На сегодняшний день угроза со стороны ИГ (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") представляется далеко не первоочередной. Однако это не значит, что в обозримом будущем ситуация не изменится к худшему", - сказала Яна Амелина.

Рощин: "Имарат Кавказ" не будет применять жесткие действия

Наиболее устойчивой тенденцией в 2015 году останется отток боевиков с Северного Кавказа и других российских регионов на Ближний Восток, считает старший научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института востоковедения РАН, профессор Михаил Рощин.

При этом эксперт считает "общей ошибкой переоценку роли "Исламского государства" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") в вооруженном противостоянии на Северном Кавказе и Ближнем Востоке".

"Анализ событий парижского инцидента свидетельствует о том, что "Исламское государство" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") в этом никакого участия не принимало, что это было осуществлено йеменским подразделением "Аль-Каиды". У "Исламского государства" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") есть сильная сторона, как например телевизионный канал, у них есть определенная структура, есть деньги, есть достаточно большая территория. Но в последнее время военные успехи сократились, так, в состоянии осады находится Мосул, в связи с тем, что его окружили курдские отряды", - рассказал корреспонденту "Кавказского узла" Михаил Рощин.

Эксперт также считает, что присяга части джамаатов "Имарата Кавказ" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") амиру "Исламского государства" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") Абу Бакру аль-Багдади не окажет существенного влияния на ситуацию на Кавказе.

"Имарат" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") периода расцвета и сейчас — это две большие разницы. Он пытается вернуть былую славу, воспользовавшись, в частности, самоподрывом и попыткой нападения на Грозный. Но даже если ауховский джамаат и присягнул ИГ (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла"), то как им смогут руководить из Мосула или из Ракки? Это скорее можно рассматривать как символический акт солидарности. "Имарат" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") же, в целом, не присягал и тем самым сохраняет известную самостоятельность", - заявил Михаил Рощин.

Как отметил эксперт, присяга "Исламскому государству" ситуацию на Кавказе не изменит.

"Вопрос в том, насколько "Имарат" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") в этом заинтересован, потому что реальной помощи от ИГ (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") он, скорее всего, не получит. На Северном Кавказе маловероятно распространение сверхжесткой практики. Хотя "Имарат Кавказ" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") и находится в "полулежачем" состоянии, он все же пользуется поддержкой определенной части местного населения. А слишком жестокие действия могут вызвать отторжение у этой части жителей и увеличить поддержку силовиков на Северном Кавказе. Действовать таким образом "Имарат Кавказ" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла") не будет. В 2015 году, скорее всего, следует ждать продолжения оттока радикальных мусульман из Северного Кавказа и других регионов России в Сирию. Это более устойчивая тенденция, то же самое наблюдается и в Европе", - отметил Рощин.

Статистика также не свидетельствует о том, что практика чеченских боевиков экспортируется в другие регионы Северного Кавказа, подчеркнул профессор.

"Теракты со смертниками в том же Дагестане также регулярно готовились некоторое время назад. Но когда главой ["Имарата Кавказ", признанного террористической организацией и запрещенного в России судом] стал салафитский кадий из Дагестана — все затихло. Не столько из-за него самого (Алиасхаба Кебекова), а в основном потому, что сам проект выдыхается. Конечно, у нас нет полной информации по истории нападения на Грозный, не совсем понятно, чего хотели эти люди. Возможно, они готовились к чему-то более серьезному, но столкнувшись с препятствиями, провели то, что у них получилось", - сказал Михаил Рощин.

"Статистика не говорит о том, что есть реальные предпосылки для серьезного распространения чеченского сценария на другие регионы и даже на саму Чечню. Мы уже говорили о том, что люди уезжают в Сирию и это лишний раз подтверждает, что оттягивание радикальных мусульман сегодня идет в ближневосточном направлении. В этом смысле то, что происходит сейчас в Сирии и Ираке, с точки зрения этих людей, выглядит перспективнее, в том числе и провозглашение халифата. А на Северном Кавказе раздуть новый пожар, в духе того, что было некоторое время назад, бесперспективно", - убежден ученый.

Как новую стратегию боевиков на Северном Кавказе рассматривать произошедшие в Грозном события не стоит, добавил эксперт.

"Я не могу сказать, что больше таких попыток не будет. Но оба случая в Грозном говорят о том, что конечные цели нападавших не были реализованы, им вовремя помешали. И если сравнивать последние инциденты в Чечне с тем, что было во времена известного "Магаса" (Али Тазиева) в Ингушетии, где были очень серьезные теракты — это явно демонстрирует определенный регресс этой деятельности. В Ингушетии подобные акции тоже были, но это было в другую эпоху. И в самых крупных акциях участвовали не одни ингуши, причем это было в то время, когда в самой Чечне было достаточно сильное ядро боевиков. А силами самих ингушей сегодня предпринять нечто подобное нереально, после тех потерь, которые понес ингушский джамаат", - сказал Рощин.

"В Дагестане есть определенная активность "Имарата" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла"), но идея захватить Махачкалу — это из области фантазий. Активная деятельность в основном ушла в прошлое. И я бы не стал говорить, что в Дагестане возможна бурная активизация радикального мусульманского подполья", - заключил Михаил Рощин.

Орешкин: на Северном Кавказе растет угроза терроризма

Угроза распространения практики "Исламского государства" на Северный Кавказ является более чем реальной, в свою очередь считает бывший член президентского Совета по правам человека, политолог Дмитрий Орешкин.

"На Кавказе есть горючая, демографическая база для распространения таких примитивно-объяснительных систем про то, как должно быть построено справедливое общество. Это привлекательность идеологии и легкий механизм ее распространения с помощью современных систем. Вместо "Аль-Каиды" выросла еще более агрессивная, непримиримая и еще более примитивная структура — "Исламское государство" (организация признана в России террористической и запрещена судом - прим. "Кавказского узла"), и на Кавказе ей есть куда проникнуть. Массовая коррупция власти, огромное количество запуганных, обиженных людей, которые не видят выхода, боятся властей, а с другой стороны их презирают и ненавидят, они не могут себя реализовать — все это создает основу для горючего материала", - заявил корреспонденту "Кавказского узла" Дмитрий Орешкин.

Ситуация будет зависеть от эффективности "осуществления административного контроля на Северном Кавказе", однако "ситуация в этом отношении неидеальна", считает Орешкин.

"Общефундаментальные предпосылки для распространения этой идеологии, конечно, есть, особенно на Северном Кавказе. На Кавказе есть и территориальная близость к центрам влияния, и боевые традиции. Если все будет под контролем спецслужб, то массы радикального населения будут перемещаться на Ближний Восток. И в первое время это может восприниматься как удача, на несколько лет это создаст определенное облегчение. Но затем эти люди, приобретя боевой и идеологический опыт, будут возвращаться", - сказал политолог.

Воюющие на Ближнем Востоке уроженцы Северного Кавказа возвращаются в Россию через Узбекистан и Таджикистан, заметил эксперт.

"Все зависит от технических решений, насколько прозрачна граница, насколько коррумпирована полиция и силовики. Потому что если граница непрозрачна, то не так сложно перебросить каких-нибудь ребят из Сирии и даже из Турции. Это будет неудивительно, и я даже чего-то похожего ожидаю. Там они будут воспитывать смертников, наверное, наши спецслужбы озабочены тем, чтобы эти люди сюда не возвращались. Но они возвращаются, через Узбекистан, Таджикистан, другими способам. И какая бы идеальная система ни была — это возможно. Я думаю, что угроза терроризма растет", - заключил эксперт.

"Кавказский узел" отслеживает влияние событий на Ближнем Востоке на политическую и общественную жизнь регионов юга России и Южного Кавказа, публикуя материалы по этим темам на страницах "Кавказ под прицелом халифата" и "Сирия в огне".