Смертельные травмы Джанкезов получил до встречи с Рахаевым, считают выступившие в суде Черкесска судмедэксперты

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

На процессе по делу экс-заместителя начальника ОВД Черкесска Руслана Рахаева в понедельник, 18 марта, дали показания эксперт-гистолог Ставропольского бюро судебно-медицинской экспертизы Лариса Лысогора, ранее давшая экспертное заключение по трупу Джанкезова, и руководитель Первой независимой судебно-медицинской экспертизы ООО "124 лаборатория медико-криминалистической идентификации" Владимир Щербаков из Ростова-на-Дону. По их данным, смерть Джанкезова была спровоцирована травмами, полученными до встречи с Рахаевым.

Как сообщал "Кавказский узел", обвинение против Рахаева строится на показаниях нескольких оперативных работников ГОВД Черкесска, задержавших Джанкезова и проводивших с ним работу, потерпевшего по делу Хаджи Джатдоева, утверждающего, что он опознал Рахаева как избивавшего его человека в маске, а также на заключении судебно-медицинской экспертизы. В ходе предварительного следствия были проведены три экспертизы тела Джанкезова. Защита Рахаева настаивает на его невиновности, утверждая, что Джанкезов был избит до того, как попал в кабинет к Рахаеву, и обвинение против него – подтасовано и сфальсифицировано.

На суде 18 марта эксперт-гистолог Ставропольского бюро судмедэкспертизы Лариса Лысогора, которая проводила гистологическую экспертизу, заявила, что гистологическая картина "однозначно и без всяких толкований" говорит о том, что все травмы были нанесены Джанкезову за 4-6 часов до смерти, то есть за 3-5 часов до его встречи с Рахаевым.

Отметим, что по делу Рахаева основным вопросом является давность нанесения травм погибшему Джанкезову, в связи с чем было проведено три экспертизы. Первую экспертизу сразу после смерти Джанкезова провел заведующий Зеленчукским отделением Бюро судебно-медицинской экспертизы Карачаево-Черкесской Республики Рашид Чотчаев, который пришел к однозначному выводу о том, что давность нанесения травм составляет не менее 4-6 часов и не более 20 часов. Лариса Лысогора провела гистологическую экспертизу в рамках этого заключения, так как в штате республиканского бюро судмедэкспертизы своего эксперта-гистолога не имеется.

"Ослабленность организма Джанкезова, которая могла быть вызвана наличием туберкулеза легких и хронической бронхопневмонией, могла только затянуть время образования лейкоцитарного вала, но ни в коем случае не ускорить  его", - подчеркнула Лариса Лысогора.

Руководитель Первой независимой судебно-медицинской экспертизы ООО "124 лаборатория медико-криминалистической идентификации" Владимир Щербаков пришел в суд с научными трудами и методическими рекомендациями Российского центра судебно-медицинских экспертиз. Он также заявил, что тупая травма груди была причинена Джанкезову в срок не менее 6-12 часов до момента наступления его смерти.

"Нанесение этих повреждений в срок, ограниченный одним часом, как это указано в обвинительном заключении и выводах двух комиссионных экспертиз, категорически исключено", - заявил Владимир Щербаков.

Поясняя, как Джанкезов мог после получения травм ходить по ступенькам, Щербаков сослался на монографию главы школы судмедэкспертизы Нижнего Новгорода Заградской А.П. и Джеймс-Леви Д.Е. "Судебно-медицинская оценка способности к активным действиям при смертельных механических повреждениях" (издано в 1978 году в г. Горький), где речь идет о возможности совершения самостоятельных действий человеком после причинения ему большого объема механической травмы.

"После получения тупой травмы груди Джанкезов еще некоторое время мог совершать активные действия. В частности, подняться по ступенькам - это в пределах физических возможностей человека", - сказал Щербаков.

Эксперт отметил, что во всех трех заключениях СМЭ по трупу Джанкезова описана одна и та же гистологическая картина. Однако толкование этой картины разное. По мнению Щербакова, только заключение, выданное экспертом Рашидом Чотчаевым, не противоречит теории и практике судебной медицины, и не допускает двойного толкования.

"Я не знаком с Чотчаевым, но, если бы я его встретил, я бы ему сказал: ты правильно работаешь", - отметил Щербаков.

Заключения, вынесенные Краснодарским и Ростовским бюро судмедэкспертизы, Щербаков назвал "ложной интерпретацией" базовых понятийных вещей, которые лежат в основе судебной медицины.

"То, что сделано экспертами Краснодара и Ростова имеет название "ложная интерпретация теории и практики судебно-медицинской экспертизы". А вот является ли это заведомо ложным заключением, следует определить суду. Это уголовно наказуемое деяние", - подчеркнул Щербаков.

Отметим, что Владимир Щербаков, полковник медицинской службы, с 1996 по 2003 год руководил известной 124-й центральной лабораторией медико-криминалистической идентификации Минобороны РФ в Ростове-на-Дону. В 2003 году он вышел в запас. После этого 124-я лаборатория была преобразована в "16-й государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз". В 2005 году Щербаков учредил негосударственное судебно-экспертное учреждение ООО "124 лаборатория медико-криминалистической  идентификации".

Заключение специалистов по трупу Джанкезова, выданное "124 лабораторией медико-криминалистической идентификации" было приобщено к делу.

Напомним, в ходе предварительного следствия, помимо экспертизы трупа Джанкезова Чотчаевым, были проведены еще две экспертизы. Они являются комиссионными, и проводились Краснодарским краевым бюро и Ростовским областным бюро судмедэкспертизы, их выводы противоречат выводам, сделанным экспертом Чотчаевым. В обеих комиссионных экспертизах утверждалось, что давность образования повреждений на теле Джанкезова составляет около 1-3 часов до момента наступления его смерти. Об этом заявили судмедэксперты на заседании суда 4 марта.

Примечательно, что гистологи всех трех исследований отмечали однотипную микроскопическую картину в трупе Джанкезова. В связи с этим руководитель филиала Первой российской независимой судебно-медицинской экспертизы в регионе Кавказских Минеральных Вод Евгений Николаев, также выступивший в суде 4 марта, заявил, что ответы, которые давали судмедэксперты Краснодарского и Ростовского БСМЭ, противоречат научным и практическим данным.

Когда вина за смерть Джанкезова была возложена на Рахаева, тот скрылся. 29 февраля 2012 года была организована спецоперация по его задержанию в Кабардино-Балкарии с привлечением спецподразделения УФСБ по СКФО. Дверь квартиры, в которой находился Рахаев, была заварена, ОМОН готовился к штурму. Он остался жив благодаря вмешательству бывших коллег из МВД по КБР. На невиновности Рахаева настаивают его родственники, они провели собственное расследование и считают, что в деле есть признаки фальсификации. При этом родные Джанкезова убеждены в виновности Рахаева.