Итоги расследования теракта в Беслане спустя восемь лет все еще не устраивают пострадавших

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Восемь лет прошло с того дня, когда произошел теракт в бесланской школе в сентябре 2004 года, но результаты следствия не устраивают тех, кто пострадал в этой трагедии, считает руководитель организации «Голос Беслана» Элла Кесаева. По ее словам, террористы - далеко не единственные виновники бесланской трагедии.

«В нашей стране нет независимого судебного расследования. Поэтому нам пришлось обращаться в Европейский суд», - пояснила Кесаева, отметив, что в этом году они обращение не рассылали, «поняв, что бесполезно».

«Те обращения, которые были нами посланы в прошлые годы, - проигнорированы. Мы прошли более ста судебных инстанций, вплоть до Конституционного суда. И везде наши ходатайства были отклонены. Мы были не согласны с результатами расследования», - рассказала Кесаева корреспонденту «Кавказского узла».

В частности, по ее словам, они разработали законопроект о жертвах террора во всех регионах России, собрали тысячи подписей у жителей северо-кавказских республик. «В парламентах соседних республик этот законопроект одобрили, но Государственная Дума законопроект не рассматривала, - добавила Кесаева. – После встречи с бывшим президентом РФ Дмитрием Медведевым озвученные нами проблемы так и остались нашими проблемами. Более того, отношение к нам ухудшилось».

Так, по ее словам, если раньше они получали хоть какое-то количество бесплатных путевок для тех, кто пострадал во время теракта и нуждается в лечении и реабилитации, то в этом году не получили ни одной путевки.

Бывшим депутатом Госдумы, экспертом по баллистике и взрывчатым веществам Юрием Савельевым и Эллой Кесаевой был подготовлен доклад, согласно выводам которого, представленным следствию, первый и второй взрывы в спортзале, а также пожар произошли в результате выстрела из огнемета и гранатомета с пятиэтажных домов напротив школы. Значительное число заложников в спортзале погибло именно в результате этих первых двух взрывов.

"Следствие этот доклад проигнорировало. Тогда этот доклад был нами  отправлен в Европейский суд по правам человека", - добавила Элла Кесаева, уточнив, что «решение о том, что жалоба принята к рассмотрению, было принято в апреле» и на конец сентября назначено рассмотрение дела.

По ее мнению, о том, что в Страсбурге приняли жалобу к рассмотрению, следователи узнали раньше Савельева и Кесаевой.

«Жалобу в апреле приняли к рассмотрению, мы еще об этом не знали. Но зато вдруг следствие активизировало работу. Стали опять вызывать свидетелей которые давали показания, что штурм начался с обстрелов. Им было предложено назвать конкретные фамилии тех, кто погиб от танков и огнеметов. В противном, случае, если не  назовут фамилии, грозились возбудить уголовные дела. Шло явное запугивание свидетелей», - утверждает правозащитница.

По ее словам, это прекратилось, когда пострадавшие написали заявление по поводу того, что в здании школы под видом реконструкции уничтожают пробоины от снарядов, выпущенных из танков. «Мы задали вопрос - почему следствие позволило это сделать? Ведь по российскому законодательству, пока следствие не закончено, нельзя уничтожать следы преступления. На что следователи ответили, что они ничего не знают о реконструкции, которая ведется уже два года», - добавила Кесаева.

"Восемь лет прошло, но кажется, это было вчера"

У Светланы Маргиевой 3 сентября в бесланском теракте погибла дочь Эльвира. «Мы были в школе с дочкой, внучкой и мужем. Моя девочка умерла у меня на руках. Я не могла ее спасти, - рассказала женщина. - Сейчас моей Эльвире исполнилось бы 20 лет».

Восемь лет назад Маргиева сама была ранена, но физическая боль, по ее словам, не сравнима с болью душевной. «Восемь лет прошло, но кажется, это было вчера. Мы ждали, что начнутся переговоры и нас освободят. Даже в самом страшном сне мы не могли предположить, что по спортзалу, где мы находились, начнут стрелять из танков», - добавила она.

Маргиева уверена, что пожар начался потому, что по школе стреляли из огнеметов. «Стена школьной столовой - вся в пробоинах от снарядов была. Начали сооружать Мемориал, то ту часть, которая пострадала от террористов оставили, как была восемь лет назад, а ту стену, которую обстреливали из танков и огнеметов, полностью отремонтировали. Власти уничтожают следы своего преступления», - говорит она.

Светлана Маргоева долго лечилась, и сейчас ее здоровье оставляет желать лучшего. О том, что в Беслане с заложниками работали психологи, она слышала, но к ней никто не приходил.

«Психологи были, но они больше работали с детьми. Но специалистов этого плана ничтожно мало для такого большого количества пострадавших», - пояснил врач Алан Адырхаев.  По  профессии он анестезиолог-реаниматолог, 1 сентября 2004 года он вместе с женой и 4-летней дочкой провожал в первый класс своего сына.

«Мы вместе вышли из дома. Взяли фотоаппарат, такое праздничное настроение у всех было. Но на полпути мне позвонили из больницы - была внеплановая операция, и некому было дать наркоз, - вспомнил он. - Я на такси поехал в больницу. А жена и дети пошли в школу пешком. Когда их всех захватили в заложники, я был на операции. Все трое погибли. А через 10 дней, после того, как мы их похоронили, умерла моя мать. Сердце не выдержало, инфаркт».

Сейчас Алан Адырхаев занимается теми, кто больше всех пострадал в те трагические дни. «Есть несколько человек, которых мы называем «колясочниками». Из-за того, что нет нормальных инвалидных колясок, нет в городе пандусов, специальных дорожек, эти люди вынуждены сидеть дома. Есть специальное распоряжение Минздрава РФ о предоставлении этим людям путевок в реабилитационные центры. Но решение это не выполняется», - заявил врач.

Источник считает, что реабилитация нужна не только тем, кто стал инвалидом. «Последствия тех трагических событий сказываются и по сей день. Буквально на днях умер молодой мужчина, чуть больше 40 лет, он тоже своих детей потерял там», - отметил Адырхаев.

Он добавил: «Беслан - болен, я давно уже не слышал искреннего смеха. Такое впечатление, что город накрыло облаком скорби».

В Беслане 1 сентября побывал автор блога на «Кавказском узле» «Осетия и вокруг: взгляд изнутри» Алан Цхурбаев. По его словам, интересную вещь ему сказала 16-летняя Вика Коцоева, бывшая заложница, которая пошла в 11 класс: "Я благодарна Богу, что когда это случилось, мы были детьми, потому что мы ничего и не понимали тогда, а сейчас только понимаешь, какой был ужас, и становится по-настоящему страшно".

Акции поминовения жертв теракта в Беслане прошли и в других городах. 1 сентября в Москве первокурсники медицинского колледжа им. К. Цеткин, что в Подколокольном переулке, возложили цветы к памятному знаку, посвященному жертвам Беслана. Для будущих медиков эта церемония стала уже традиционной.

Сейчас на территории школы идут работы по строительству Мемориального комплекса. Ожидалось, что его откроют к 1 сентября, однако ремонтные работы затянулись. Спортзал в настоящее время закрыт  металлическим пластом, внутри которого изображены большие цветы.

2 сентября 2011 года в Беслане на пересечении улиц Мира и Сигова состоялось открытие архитектурно-скульптурной композиции "Добрый Ангел Мира".