Слушание дела о подрыве "Невского экспресса" форсируется, считает адвокат Плиев

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Тверском областном суде продолжается слушание дела о подрыве "Невского экспресса" в 2009 году, фигурантами которого являются 10 уроженцев Ингушетии. На процессе уже допрошены свидетели защиты, представлены вещественные доказательства, 21 ноября ожидается допрос подсудимых. По мнению адвоката двоих подсудимых Мусы Плиева, слушание дела форсируется, а обвинение не смогло ответить на главные вопросы, в том числе и на вопрос о мотиве преступления.

Как сообщал "Кавказский узел", рассмотрение по существу дела о подрыве "Невского экспресса" в 2009 году началось 12 сентября. Дело рассматривает коллегия из трех судей в закрытом режиме.

21 ноября ожидается допрос подсудимых

По словам помощника председателя Верхового суда Республики Ингушетия Адама Мамилова, вчера, 14 ноября, в режиме телемоста судейской коллегией Тверского областного суда были допрошены свидетели защиты.

"В основном это жители селения Экажева, откуда и сами подсудимые. Всего было допрошено, по моим сведениям, 16 человек", - уточнил Мамилов.

Сегодня, как сообщил корреспонденту "Кавказского узла" пресс-секретарь Тверского областного суда Дмитрий Романов, суду были представлены вещественные доказательства, а в понедельник, 21 ноября, начнется допрос подсудимых.

"Это, наверное, единственный в практике российского правосудия процесс, который ведется с большими перерывами. 12 сентября мы начали слушание, потом был большой перерыв до 11 октября, с октября был еще один перерыв. За неполный месяц мы огласили 70 томов дела. За это время не то, что вникнуть в суть дела, даже просто прочитать невозможно столько томов", - заявил адвокат Муса Плиев.

По его мнению, в самом начале процесса все думали, что слушание дела растянется минимум на полгода, так как дело серьезное, и в теракте обвиняется 10 человек. "Но сейчас происходит явное форсирование. Я так думаю, что кому-то нужен результат к выборам", - полагает защитник.  

Муса Плиев, напомним, неделю назад попал в кардиологический центр им. Бакулева с сердечным приступом. Сейчас он чувствует себя нормально. 

Плиев: подсудимые невиновны, у обвинения нет достаточных доказательств

Адвокат уверен, что защищаемые им люди сидят незаконно, а у него самого много вопросов по обвинительному заключению. 

"К примеру, в обвинительном заключении написано, что подсудимые объединились в банду "в неустановленное время в неустановленном месте до середины ноября 2009 года". То есть получается, что эти люди могли объединиться в устойчивую преступную группировку через год после рождения, в первом классе или же в 1998 году или еще в каком. Непонятно, когда же все-таки они начали объединяться. Зато сказано, что, когда они до ноября 2009 года все-таки объединились, то вошли в банду Саида Бурятского, чтобы сделать то-то и то-то", - отмечает Муса Плиев.

При этом, продолжает адвокат, следствие не вменяет подсудимым ни закладку взрывного устройства, ни перевозку взрывчатки.

"Им вменяют то, что они якобы где-то там искали взрывное устройство для Саида Бурятского. И опять-таки, следствие не расписывает, каким образом и где они встречались с Саидом Бурятским, какое они имели к нему отношение. То есть, нет ни одного документа, который бы указывал на то, что они входили в его банду. А банда – это четкая организация, которая существует по строго определенным законам: условия содержания, иерархия, финансовое обеспечение, жесткое подчинение лидеру этого преступного сообщества. Так же не может быть – люди виртуально где-то находятся, поэтому это банда", - отмечает Плиев.

По его мнению, следствие не может ответить на самый главный вопрос - каков у подсудимых мотив этого преступления.

"Этот вопрос был поставлен перед следствием в самом начале процесса – какова мотивация этого преступления была у этих людей, зачем им нужно было взрывать "Невский экспресс". Из обвинения не вытекает ничего такого, что говорило бы о мотиве этого преступления. В любом обвинении есть объективная сторона преступления - это мотив, время, место. Здесь нет ни мотива, ни времени, ни места. Но при этом люди сидят", - констатирует адвокат.

Муса Плиев считает, что именно поэтому слушание дела ведется в закрытом режиме. Ранее представитель суда заявил, что закрытость процесса связано с тем, что последний том из 101 имеющихся в деле - секретный.

"Правозащитники и представители СМИ могут перед началом слушания зайти, сделать снимки, провести съемку, задать подсудимым вопросы. Но потом всех просят из зала суда удалиться", - указывает адвокат.

У Мусы Плиева и его подзащитных Мурада и Тимура Кортоевых вызывает недоумение настойчивое желание судейской коллегии прикрепить к ним еще одного адвоката.

"По закону, если показания обвиняемых не противоречат друг другу, то у них может быть один защитник. Бывает, что один обвиняемый имеет двух защитников, но это решает он сам. Бывает, что, если у обвиняемого нет адвоката по соглашению, то ему назначают  защитника по назначению. На тот момент, когда я уже появился в качестве адвоката по соглашению, моим подзащитным назначают адвоката по назначению", - рассказывает Муса Плиев.

Он рассказывает, что его подзащитный на заседании суда поднимается и заявляет, что он не хочет адвоката по назначению, но судья говорит, что этот адвокат будет.

"Мы опешили. Мой подсудимый отказывается, а ему настойчиво рекомендуют не отказываться от услуг адвоката по назначению. После этого мы заявили официальное ходатайство. Нам отказали в этом, сказали, пусть сидит запасной защитник. Мы подали заявление об отводе адвоката в связи с тем, что его позиция и позиция подсудимого противоречат друг другу. Нам опять отказали - к сожалению, есть такой момент в законе - что мы не можем обжаловать отказ об отводе защитника. Это можно сделать только тогда, когда будет обжалован приговор", - пояснил Муса Плиев.

Сулейман Сулейманов, адвокат по назначению, говорит, что защитником он был назначен в то время, когда Муса Плиев отсутствовал. «Я работал по назначению суда, чтобы не срывать процесс. Дважды или трижды подсудимый отказывался от моих услуг, как адвоката. Я  тоже говорил, что я не навязываюсь и прошу меня освободить. Но суд отказал мне в этом  ходатайстве», - сказал Сулейманов корреспонденту «Кавказского узла».

Позицию суда в этом вопросе выяснить не удалось. Как заявил корреспонденту «Кавказского узла» пресс-секретарь Тверского областного суда Дмитрий Романов, "получить комментарии у судей по любому вопросу, когда идет процесс, нереально".

Напомним, скорый поезд № 166 сообщением Москва - Санкт-Петербург потерпел крушение на границе Новгородской и Тверской областей. В результате катастрофы погибли 28 человек, более 90 были ранены.

31 марта 2010 года Следственный комитет при прокуратуре РФ предъявил обвинения в терроризме жителям ингушского села Экажева, носящим фамилию Картоевы, а также их земляку Зелимхану Аушеву по делу о подрыве поезда "Невский экспресс" осенью 2009 года. Позднее 10 уроженцев Ингушетии были арестованы, но своей вины они не признают. Сейчас подозреваемые находятся в СИЗО "Лефортово".

Следствие предъявило фигурантам этого дела также обвинения в подрыве "Невского экспресса" 13 августа 2007 года, когда скорый поезд Москва - Санкт-Петербург был подорван под новгородским городом Малая Вишера (тогда пострадали 60 человек, жертв не было). Адвокат Плиев считает, что новые обвинения в адрес его подзащитных не имеют под собой почвы, а родственники обвиняемых извещали о пытках и психологическом давлении, которое оказывается на их родных представителями силовых структур.