Правозащитники представили книгу о Михаиле Трепашкине

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В Независимом пресс-центре в Москве прошла презентация сборника "Политзаключенный Михаил Трепашкин". В брошюре представлены биография, письма, интервью опального адвоката и бывшего офицера ФСБ, осужденного за разглашение гостайны, очерки правозащитников и журналистов о его деле.

"Целью издания этой книжки, является доведение до общества информации о той неправовой, несправедливой, трагической ситуации, в которой находится Михаил Иванович. Мы пытаемся, как можно шире распространять информацию об этом деле, достучаться до общественного мнения, если таковое еще существует", - заявил, отвечая на вопрос корреспондента "Кавказского узла", координатор Общественного комитета в защиту М. Трепашкина Михаил Кригер.

Помимо Кригера, в пресс-конференции, приуроченной к изданию книги, приняли участие исполнительный директор движения "За права человека" Лев Пономарев; гендиректор Института прав человека, член правления Международного общества ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) Валентин Гефтер и редактор-составитель брошюры, бывшая советская политзаключенная, активистка движения против войны в Чечне Елена Санникова.

"Арест Михаила Ивановича был произведен за 9 дней до начала судебного процесса, на котором он должен был выступать представителем интересов пострадавших от взрывов жилых домов (имеется в виду суд над обвиняемыми в подготовке и осуществлении терактов в Москве и Волгодонске осенью 1999 года - примечание "Кавказского узла"). Понятно, что все обвинения Трепашкину "притянуты за уши". После того, как эпизод с подброшенным ему пистолетом рассыпался в суде, стало совершенно очевидно, что преследование Михаила — госзаказ", - продолжал активист Комитета антивоенных действий Михаил Кригер.

"В нашем сборнике, вы можете увидеть интервью Трепашкина агентству "Чеченпресс", данное в сентябре 2005 года, когда он по какому-то сбою в административной системе, какому-то недоразумению их, был на короткое время условно-досрочно освобожден. В этом интервью он, на мой взгляд, довольно убедительно обвинял ФСБ в подготовке тех страшных взрывов жилых домов в российских городах в 1999 году", - уверен г-н Кригер.

Именно эти тяжкие обвинения, брошенные в сторону спецслужб государства, и стали, по мнению правозащитников, основной причиной фабрикации двух уголовных дел против Михаила Трепашкина и его осуждения. Помимо этого, за год до своего ареста, в 1998 году, Трепашкин вместе с Александром Литвиненко принял участие в пресс-конференции, на которой он обвинил ФСБ в коррупции и организации бессудных казней.

"Система ему отомстила, и продолжает мстить до сих пор. Хотят закрепить его в экологически очень тяжелых нижнетагильских условиях именно для того, чтобы человек не так, так эдак был выведен из строя", - считает Валентин Гефтер.

"Обратите внимание на письма Трепашкина из лагеря. Они очень личные. По ним видно, что он в очень тяжелом психологическом состоянии сейчас находится. Это нас беспокоит. Есть люди, которые каким-то образом смиряются с несправедливостью. Михаил - человек, который не может с ней смириться ", - говорит Лев Пономарёв, официально имеющий статус общественного защитника М. Трепашкина.

"И не только с несправедливостью по отношению к себе: в колонии он оказывает юридическую и иную помощь многим другим заключенным", - дополнил Валентин Гефтер.

"В деле Трепашкина множество нарушений закона. Например, статья 73 УИК (уголовно-исполнительного кодекса) РФ устанавливает, что осужденный должен сидеть в регионе своего проживания. Вопреки этой норме, Михаил Иванович отбывает срок в Нижнем Тагиле, за 2200 километров от дома. Как и в истории с Ходорковским, власти мотивируют это тем, что, якобы, ближе к дому места для отбывания им наказания не нашлось", - рассказывал Михаил Кригер.

Другое серьезное нарушение прав Трепашкина, по словам Кригера, состоит в том, что он, будучи приговоренным к отбыванию наказания в колонии-поселении, фактически, давно содержится в условиях "общего режима" исправительно-трудовой колонии, то есть в условиях более строгих, чем определено приговором. Сокамерник Михаила Трепашкина Дмитрий Рожин, содержавшийся в аналогичных условиях, после освобождения добился решения суда, который признал, что он, в нарушение приговора, находился "на общем режиме". Более того, говорит Кригер, уже месяца два Михаил Трепашкин, в связи с судебным процессом о его переводе "на общий режим" пребывает в ПФРСИ (помещение, функционирующее в режиме следственного изолятора), т. е. в одиночной камере.

9 марта 2007 года перевод Трепашкина на общий режим содержания под стражей был "оформлен" официально, решением суда. Правозащитники и адвокаты уверены, что обвинения в нарушении режима, которые послужили основанием для такого вердикта, сфабрикованы.

Трепашкин страдает тяжелой формой аллергической бронхиальной астмы. В лечении ему систематически отказывают и продолжают содержать в условиях, способствующих обострению болезни. Колония находится рядом с металлургическим комбинатом, где от запаха и дыма горелого железа задыхаются даже здоровые люди. Это вызывает у Михаила постоянные приступы астмы. По мнению адвокатов М. Трепашкина и Общественного комитета в его защиту, жизнь политзека сегодня — в серьёзной опасности, - говорится в брошюре "Политзаключенный Михаил Трепашкин".

Составитель сборника Елена Санникова, призвала посылать Трепашкину в лагерь книги, журналы, газеты. Трепашкин сам об этом просил в своих письмах. Лев Пономарев просил вступать с осужденным, для его моральной поддержки, в переписку. Михаил Кригер отметил, что он охотно отвечает на письма.

Отвечая на вопросы журналистов, Валентин Гефтер, входящий наряду с Михаилом Трепашкиным и Львом Пономаревым в состав Общественной комиссии по расследованию обстоятельств взрывов домов в городах Москве и Волгодонске и проведения учений в городе Рязани в сентябре 1999 года, рассказал о промежуточных итогах работы этой комиссии.

"Если быть добросовестным, собранная информация, с моей точки зрения, не дает стопроцентных, или с большой долей вероятности, оснований утверждать, что в причастности к взрывам в Москве и Волгодонске, про инцидент в Рязани я не говорю, можно обвинить конкретных работников конкретных спецслужб", - заявил Гефтер. Но, по его мнению, "страница не перевернута, и рано или поздно мы надеемся, и дай Бог, будет здоров Михаил Трепашкин — и с его помощью — продвинуться в нашем расследовании дальше".

Помимо брошюры, Общественный комитет в защиту Трепашкина распространил на прошедшей 1 июня пресс-конференции компакт-диски с фильмами, посвященными взрывам жилых домов в Москве, Буйнакске и Волгодонске и инциденту с минированием жилого дома в Рязани в 1999 году "Покушение на Россию" Жан-Шарля Деньо и "Недоверие" Андрея Некрасова. В последнем содержится и интервью М. Трепашкина.

Напомним: унесшие более трёх сотен человеческих жизней теракты в российских городах в сентябре 1999 года, вызвали шок среди населения страны. Во взрывах были обвинены сепаратисты Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России), что официально послужило причиной возобновления войны в Чечне. Успешные и жестокие войсковые операции, сопряженные с контртеррористической истерией, подогревавшейся подконтрольными государству СМИ, вызвали быстрый рост популярности малоизвестного до этого Владимира Путина и, в итоге, его избрание президентом России.

В заключение встречи в Независимом пресс-центре правозащитники пригласили собравшихся на пикет в защиту Михаила Трепашкина. Он состоится в понедельник, 4 июня, с 18.30 до 19.30 у Соловецкого камня на Лубянской площади Москвы. На пикете также будут бесплатно распространяться сборник "Политзаключенный Михаил Трепашкин" и фильмы "Недоверие" и "Покушение на Россию".

Пикет приурочен к рассмотрению 6 июня Свердловским областным судом кассационной жалобы на решение Тагилстроевского районного суда Нижнего Тагила о переводе Трепашкина на общий режим исправительно-трудовой колонии из колонии-поселения. Акция согласована с префектурой Центрального административного округа Москвы.

Как сообщал "Кавказский узел", Михаил Трепашкин был осужден Московским окружным военным судом 19 мая 2004 года за разглашение гостайны. Его приговорили к 4 годам лишения свободы с отбыванием срока в колонии-поселении.

По версии обвинения, проходя с 1984 по 1997 годы службу в КГБ СССР и ФСБ РФ, Трепашкин копировал служебные документы и незаконно хранил у себя дома. Разглашением сведений, составляющих гостайну, следствие считает передачу им своему бывшему коллеге - полковнику ФСБ - материалов прослушивания телефонных переговоров членов Гольяновской преступной группировки (в них, по мнению следствия, содержались данные о методах работы ФСБ).

После отбытия трети срока суд удовлетворил заявление Трепашкина об условно-досрочном освобождении (УДО). Однако, прокуратура обжаловала это решение и дело об УДО было возвращено на новое рассмотрение в Тагилстроевский районный суд Н. Тагила, а сам Михаил Трепашкин, успевший пробыть на свободе 18 дней, арестован и этапирован обратно в колонию-поселение. 24 ноября 2005 года суд отклонил ходатайство М. Трепашкина об УДО в связи с имеющимся у него дисциплинарным взысканием, а также непризнанием своей вины.

Ранее, 1 июля 2005 года Мособлсуд отменил обвинительный приговор Михаилу Трепашкину по другому уголовному делу - о незаконном хранении и перевозке им оружия. По этому делу Трепашкин был арестован 22 октября 2003 года, после того, как в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждал, что пистолет был подброшен.